Стоило ему приземлиться, как бой начался всерьез: два опытных бойца сошлись в смертельной схватке. Двойные мечи Алидира проносились вокруг Насты будто призраки, Наста же танцевал вокруг противника, кружась точно смерч, парируя каждый удар.
Разоритель был словно продолжение его руки – летал, то атакуя врага, то защищая хозяина. Нередко Алидиру приходилось пригибаться и уходить назад – так ловко Наста вскрывал его оборону. Поистине он был одним из самых умелых бойцов, когда-либо занимавших трон Отца.
Сталь, с нечеловеческой силой бьющая в сталь, высекала искры, на мгновение развеивая чернильную тьму.
Аракеши отступили, опасаясь попасть под удар. Бойцы метались по всему залу, наскакивая друг на друга, сходясь и расходясь. Алидир прошел под клинком Насты, прежде чем тот разрезал колонну пополам, словно кусок масла, и точными ударами принялся теснить его к Яме. С нечеловеческой силой он пнул Насту в грудь так, что тот отлетел, но Отец быстро сгруппировался и, вскочив на ноги, приготовился парировать следующую атаку.
Алидир был рад стараться: он ударил с одной стороны и тут же с другой, чувствуя, как ликуют клинки, кусая ребра Насты, его бедро. Отец едва удержал равновесие: упал на одно колено и оперся о саблю. Благодаря эликсиру ночного зрения каждый аракеш чувствовал вкус и запах крови, сочившейся из его ран, острый слух подмечал звук, с которым густые капли падали на пол.
– Видишь ли, Наста, я создан для того, чтобы вести их. Аракеши следуют за сильным. А ты слаб, – пояснил Алидир, медленно кружа вокруг своей жертвы, наслаждаясь превосходством, таким естественным для его народа.
Наста склонился так низко, что Алидир почувствовал желание правого клинка снести ему голову. Одно движение – и ему конец…
Отец оказался невероятно быстр. Оттолкнувшись коленом от пола, он сделал кувырок и оказался перед Алидиром в тот же миг, как эльфийский клинок вонзился в пол там, где только что была его голова. Свистнул в воздухе Разоритель и рассек бедро Алидира сзади, над коленом.
Алидир вскрикнул от боли. Как давно он не испытывал этого чувства!
Пришел его черед упасть на одно колено. Рана горела огнем, магия впивалась в каждый нерв. Наста зашел ему за спину и ударил рукоятью сабли в затылок. Алидир распластался на полу лицом вниз, но боли в затылке даже не почувствовал – рана на бедре жгла как раскаленное железо.
Отец не стал произносить над поверженным противником речь и просто занес клинок, но Алидир уже достаточно пришел в себя и успел откатиться так, чтобы лезвие вошло в пол, а не ему в голову. Отец бил снова и снова, но Алидиру каждый раз чудом удавалось уворачиваться, перекатываясь. В конце концов, изогнувшись, он мощно ударил Насту двумя ногами в лицо так, что тот взлетел в воздух и рухнул на пол.
Во тьме Алидир видел край Ямы за его спиной, но пылающая рана не давала достойно подойти к поверженному противнику – пришлось хромать. Наста, человек, протянул в бою дольше, чем он думал, но Алидир чувствовал: конец упрямца близок. Стоило ему подняться, как острый эльфийский слух различил хруст костей. Челюсть Насты была сломана или вывихнута, из-за сломанных ребер он тяжело дышал, кровь пропитала одежду, наполнив воздух запахом железа.
И все же он снова бросился в бой. Это впечатляло.
Разоритель вспарывал воздух то рядом с его головой, то рядом с плечами, но каждый раз Алидир уворачивался. Уважение к упорству противника сменилось гневом: Наста вдруг выбрал иную тактику и впечатался головой прямо Алидиру в нос, ломая хрящи.
От следующего удара Алидир увернуться не успел, и Разоритель впился ему в плечо, пуская кровь, драгоценную кровь, благословенную богами через Валаниса! Гнев Алидира сменился яростью: этот старый ублюдок не имел права ее проливать!
Стараясь не замечать новой пульсирующей боли в плече, Алидир вскинул руку и ударил Насту магической волной. Того швырнуло в воздух, Разоритель вылетел из руки и, прокатившись по полу, исчез в Яме. Яма была так глубока, что даже он своим эльфийским слухом не смог понять, где приземлилась сабля.
Наста остановился на самом краю Ямы… и вдруг рассмеялся, неловко поднявшись на ноги.
– Считаешь себя самым умным, Алидир, но я – Отец Полночи. Я знаю обо всем, что происходит в этих стенах. Думаешь, мне неизвестно, кому ты на самом деле служишь? Ты использовал моих аракешей для личных целей, нарушив законы, которые сам же помогал писать!
Алидир прищурился.
– Так это ты… – Мучившая его головоломка начала складываться. – Так это ты донес шпионам Ренгара, что на эльфов открыта охота!
Наста зло усмехнулся.
– Я всегда знал о твоих настоящих целях, Алидир. Я не позволю тебе использовать мой орден для исполнения желаний твоего господина.
Алидир как мог справился с удивлением.
– Откуда ты знаешь, чего хочет мой господин?
– Он хочет создать мир, в котором ни мы, ни эльфы не сможем существовать, – Наста взмахнул полами одежд, вставая в боевую стойку.
