Галанор проснулся внезапно. Он уснул, хотя была его очередь сторожить, но его разбудил знакомый звук огромных лап, ступающих по земле. Последний раз он слышал этот звук в Малайсае: так ступали ящеры, на которых стражники патрулировали улицы. Галанор взмахнул рукой над костром, магией туша огонь, забирая воздух у жадного пламени.
Тьма поглотила их, свет давали только звезды, а луна низко висела над горизонтом, не позволяя разглядеть угрозу. Галанор толкнул спящего Гидеона, который даже в опасных пустошах спал так, что громом не разбудишь.
– Что такое? – взволнованно прохрипел Гидеон.
Галанор зажал ему рот и уставился во тьму, молясь, чтобы глаза поскорее привыкли к ней. Гидеон привстал, напряженно глядя в ту же сторону. Судя по выражению лица, он совершенно ничего не видел и не слышал. Галанор выровнял дыхание и закрыл глаза, сосредоточившись на слухе.
– Я ничего не вижу! – прошептал Гидеон.
– Ш-ш! – Галанор рванул его к себе за плечо, и вовремя – копье свистнуло в воздухе. Он едва успел оттолкнуть Гидеона в сторону и броситься в другую. Копье пролетело между ними и вонзилось в твердую землю, огромные лапы побежали быстрее, донеслось тяжелое сопение ящера.
– Гидеон!
Маг откатился подальше, вскочил на колени и вскинул посох. Огненный шар кометой осветил пустыню и врезался в мясистую лапу гигантской ящерицы. Зверь запнулся на бегу и полетел мордой вперед. Всадник, вскрикнув от удивления, вылетел из седла, но быстро затих: ящер прокатился по нему всей тушей.
За тяжелым дыханием зверя Галанор расслышал топот других, но сколько их было, понять не мог – по меньшей мере дюжина. Он вызвал светящийся шар и подбросил его высоко в воздух. Пока шар падал, эльф насчитал девятерых всадников, вооруженных луками и копьями. Даже не задумываясь, он выхватил скимитары, приготовившись отбиваться.
А вот Гидеон ждать не захотел. Он выбежал вперед, упал на одно колено и вонзил посох в землю. Галанор не знал, какое заклинание он использовал, но юный маг точно вложил в него всю свою волю.
От посоха по земле поползла паутина трещин, и стоило ящерам выбежать на эту паутину, как земля взорвалась изнутри, словно гейзер. Одного из ящеров подбросило так высоко, что лапы оторвались от земли. Другому начисто снесло голову тяжелой плитой, остальные заметались в панике, давя всадников.
Двое темнорожденных успели выпустить несколько стрел. Галанор затаил дыхание, понимая, что летят эти стрелы прямо в Гидеона. Юный маг снова взмахнул посохом, создавая барьер вокруг себя, и тут же швырнул в нападавших молнию. Она пришлась аккурат в грудь одному из стрелков – от силы удара тот улетел во тьму.
Осталось лишь два всадника, и оба неслись на Галанора. Как истинные охотники, приученные к тишине, они не орали, обнаружив жертву, а молча скакали вперед. Галанор помчался навстречу. Не глядя, он швырнул правый скимитар в одного из всадников, затем прыгнул, оттолкнувшись от головы ближайшей ящерицы. Меч вонзился в грудь противника, но Галанор не спешил его выдергивать: эльф приземлился в седло за ближайшим всадником и, одним ударом снеся ему голову, сбросил труп на землю.
Гидеон замахал руками, пытаясь остановить ящера, на спине у которого болтался со скимитаром в груди мертвый седок. Зверь, загипнотизированный плавными движениями, успокоился, и Гидеон похлопал его по плоской морде.
– Тихо, тихо… – Он обошел ящера и, сбросив наездника, вытащил глубоко засевший меч. – Твое?
Галанор подъехал ближе и с довольным видом забрал скимитар.
Светящийся шар парил над полем битвы, освещая вывороченные валуны, трупы людей и ящеров вперемешку – будто маленькое землятресение разнесло все вокруг.
– Впечатляюще! – похвалил Галанор, кивнув на посох мага.
– Взаимно. – Гидеон окинул взглядом ящера, на котором восседал эльф.
– Разведчики. Не думал, что они окажутся здесь так быстро. Их наверняка больше, и наш… небольшой шум, очевидно, донесся и до них. – Галанор окинул взглядом кратер, возникший благодаря магу посреди пустыни. – Ящерицы донесут нас до Красных гор до рассвета, но скакать придется всю ночь.
– Значит, едем. – Гидеон вскочил в седло, подобрал вожжи и уперся пятками в бока ящера. Тот не шевельнулся. – Я понятия не имею, как на этом ездить.
Галанор едва не рассмеялся. Едва.
Хорварт командирским шагом расхаживал по внешней стене Западного Феллиона, выкрикивая ободряющие лозунги. Эшер не вслушивался. Ему, чтобы убить человека, не нужно было храбриться и вспоминать о чести. Он волновался за Элайт: к таким битвам девушка была не готова… впрочем, как и половина Серых плащей на этой стене.
Он огляделся и увидел множество юных лиц: некоторым детям, которых еще даже в рыцари не посвятили, просто не повезло тут оказаться. Элайт во время их тренировок показала себя талантливой ученицей, но впереди не экзамен по фехтованию… Эшеру бы спросить себя, почему он так переживает за чужие судьбы, но он давно уже смирился, что такова теперь его жизнь.
