– Мои предки рассказывали истории о великих небесных змеях, – спокойно продолжила Богиня, не обратив внимания ни на это, ни на убийство Эдерона, словно не было ничего естественнее. – В историях говорилось, что это ваш народ изгнал темнорожденных с Иллиана. Похоже, предки мои были слабаками.
Адиландра слышала ее, но не понимала смысла слов. Ей хотелось просто упасть и снова погрузиться во тьму, но стражник держал ее за волосы, заставляя стоять. Лорвана повисла в руках другого стражника, не мигая уставившись на перила, Фаллон же продолжал вырываться, гримаса гнева исказила его лицо.
– Не сомневайся, королева эльфов. – Богиня вернулась на трон. – Темнорожденные не слабаки. Скоро весь мир увидит, на что мы способны…
Она зло усмехнулась.
– Кренорак, ты воистину победитель эльфов. Много лун ты преследовал их и заслужил великую награду. Забирай ее. – Она кивнула на Лорвану.
– Нет! – Фаллон заметался еще сильнее. Кренорак рявкнул, и стражник врезал эльфу по затылку. Не помогло. – Я убью вас всех!
– Этот такой яростный… мне нравится. – Богиня взглянула на Фаллона словно хищная кошка. – Приготовьте его к сегодняшней ночи. И дайте эликсир посильнее, чем прошлому.
Фаллона утащили, Адиландра успела лишь заметить новую кровавую рану на его виске.
Она осталась одна среди врагов. Все расплывалось перед глазами, она едва замечала прижавшийся к горлу клинок, не поняла, как Богиня так быстро оказалась за ее спиной. Когда острый ноготь оцарапал кончик ее остроконечного уха и горячее дыхание обожгло щеку, у нее даже не хватило сил отодвинуться.
– Что же с тобой делать, эльфиечка? В моем королевстве не бывать двум королевам, но ты так долго искала драконов… – Богиня подняла ее подбородок ногтем, как кинжалом. – Почему бы не исполнить твое желание?
Еще день безостановочной езды, и к вечеру они перешли наконец на ровную рысь. Натаниэль запрокинул голову, подставляя лицо теплым лучам солнца. После длительного велийского шторма, приятно было путешествовать под голубым небом и пушистыми облачками.
Их поездка оказалась небогата на события: на дороге встретилось лишь несколько караванов да пара странствующих торговцев. Другие Серые плащи ворчали: им не улыбалось подчиняться Эшеру. Но Дариус Деваль держал их в узде, не желая исследовать границы терпения рейнджера: ему нужны были подчиненные с полным набором конечностей.
Натаниэль обернулся к своим спутникам. Да, Эшер совершал ужасные преступления – преступления, которые Серые плащи обязались предотвращать, но стоило рыцарю услышать о порядках в Полночи, и личная история Эшера открылась с другой стороны. Несложно представить, как аракеши промывали детям мозги, растя послушных убийц. Эшер, по крайней мере, осознанно решил уйти из аракешей и послужить людям. Хоть и не безвозмездно.
Собственный потрепанный плащ напоминал ему том, что в его работе все просто, существует лишь черное и белое. Эшер всегда был и будет аракешем, их жестокие тренировки сделали его тем, кто он есть. Каждый Серый плащ инстинктивно должен хотеть только одного: вонзить ему клинок меж ребер. Его знания о Полночи бесценны для Западного Феллиона, только поэтому он до сих пор жив.
Но чем больше Натаниэль на него смотрел, тем меньше взывали к нему собственные инстинкты.
О том, что испытывает смешанные чувства, он, конечно, молчал. Некому было рассказывать. Изгой среди своих да все время в пути – где уж тут найти друзей!
– Знаешь, – начал вдруг Эшер, подъехав ближе, – с твоими умениями необязательно таскать этот плащ. Ты и так всю жизнь в дороге, а рейнджерам платят получше.
– Быть Серым плащом – все, что я умею.
Натаниэль знал, что это в его крови. И не мог иначе.
– Я когда-то размышлял похоже.
– Что же изменилось? – спросил Натаниэль, зная, что касается личного.
– Мне отдали приказ, а я был с ним не согласен.
Ответ разжег любопытство Натаниэля еще пуще, но наседать он не стал, задумался: ведь и ему самому предстоит такой же выбор. О чем бы там Эшер ни сговорился с королем Ренгаром, лорд-маршал все равно прикажет его арестовать.
Натаниэль бросил быстрый взгляд на Деваля. Тот подозрительно уставился в ответ. Когда он отдаст приказ… какой выбор сделать?
– Мой отец тоже однажды не согласился с приказом лорда-маршала. Повинуйся он – мы бы сейчас не разговаривали.
– Где он познакомился с твоей матерью? – Эшер сразу понял, о чем речь. Натаниэль от него почему-то этого не ожидал.
