Длинными нечесаными седыми волосами и такой же взлохмаченной бородой он отличался от других королей, особенно от сверкающего чистотой Ренгара. На пальцах его блистали кольца со всеми возможными камнями, но даже они не могли отвлечь внимания от грязных ногтей. Шерстяной плащ, свисавший до пола, представлял собой самую настоящую медвежью шкуру, на круглом вороте вышита медвежья голова – герб Ледяных долов, такой же, как волк Велии и жеребец Иссушенных земель.
– Всю жизнь я хотел поговорить с одним из вас. – Голос короля Грегорна был таким же грубым, как и внешний вид, но смотрел он умоляюще, как человек, хватающийся за соломинку. – В древних книгах, известных немногим, пишут, что когда-то Ледяные долы были такими же зелеными и живыми, как Фелгарн, соседняя земля…
– Вы снова за свое, Грегорн. – Король Ренгар поднял руку. – Не приберечь ли нам этот разговор на потом?
– Соглашусь. – Мьориган кивнул, неотрывно глядя на магов. Но Грегорн настаивал.
– Наша земля действительно была проклята во время Темной войны, принцесса? Орит севернее нас, но там не бывает таких зим. Знает ли ваш народ чары, которые могут победить это проклятье?
Рейна открыла рот… и не смогла подобрать правильного ответа. Все знали, что Валанис проклял землю вокруг Калибана, своей крепости. Западные долы, как они назывались тогда, замерзли после того, как Янтарные чары заточили злодея в Элетии. Проклятье вызвало лавины и землетрясения, навсегда запечатавшие темные секреты Валаниса в разрушенном Калибане.
– А, магикар Пондаал… – Король Ренгар отвернулся от Грегорна и направился к стайке магов у балкона. Мьориган поспешил за ним.
Рейна пообещала себе, что найдет время все объяснить королю Грегорну, рассказать, что, увы, контрчар, что могли бы освободить его народ от вечной зимы, не существует…
Впрочем, разве это теперь важно?
Подходя к магам, она подумала, что еще несколько мгновений и ей предстоит сыграть свою роль в отцовском плане. От того, как пройдет разговор, зависит судьба всей Верды. Когда принцесса закончит говорить, Галанор выполнит свое задание, и вот так, вместе, они начнут новую эру и сотрут человечество с карты земли. Рейна снова отыскала взглядом Натаниэля и почувствовала, как ее сковывает холодный ужас.
– Принцесса Рейна, позвольте представить вам магикара Пондаала, главу Корканата, лучшей иллианской школы магии, – король Ренгар положил руку на плечо магикара, снова демонстрируя свою влиятельность. Тренируясь угадывать человеческий возраст, Рейна решила, что магикару шестьдесят или семьдесят. Он был чуть выше нее, одет в длинную пурпурную с золотом мантию. На шее его висела толстая золотая цепь с большим рубином – хранилище магии, судя по энергии, которую чувствовала от него Рейна.
У магикара было доброе лицо, пронзительные голубые глаза, длинные белые волосы и такая же борода. Забавно, что этот человек, который не прожил и ста лет, почитался людьми как мастер, достойный управлять магической школой. У Фэйлена и Мьориган было больше знаний и опыта, чем этот Пондаал мог вообразить, а выглядели они куда моложе.
– Знакомство с вами – большая честь, ваше высочество. – Магикар поклонился. – Встретиться с теми, кто научил наш вид магии, – это словно сон наяву!
– Это вы оказали мне честь, магикар Пондаал. – Рейна хорошо заучила свои реплики. – Нам со спутниками очень любопытно, насколько сильно люди преуспели в изучении магии.
Пондаал расцвел.
– О, в ваше отсутствие мы значительно продвинулись, ваше высочество, однако нам еще многое неведомо! Возможно ли, что, заключив союз, мы сможем перекинуть мостик через бездну нашего невежества?
«Вот оно», – подумала Рейна.
– Мне известно, что многим эльфам любопытно было бы узнать, чем вы занимаетесь в Корканате, магикар. Мой отец полагает, что вместе мы многого достигнем.
– Чудесно, ваше высочество, чудесно! – поспешно проговорил магикар. – Прошу, приезжайте. Мы, в Корканате, рады всем эльфам!
Вот оно, легендарное приглашение в Корканат. Дальше Рейна уже не слушала. Она перевела взгляд с высокомерно усмехающегося Мьоригана на стену дождя и тумана за перилами балкона. Где-то там Галанор и его отряд, добравшись до берегов Корканата, совершают первое нападение на людской род.
Что же она наделала!
Не оставалось ничего иного – только принять неизбежное.
Галанор чувствовал, как собирается вокруг магическая энергия: конечно, когда дракон выдохнет, каждый попытается поднять магический барьер. Да только всей их силы вместе взятой не хватит, чтобы сдержать мощь Маллиата. Пламя охватит их – и конец миссии, все усилия пойдут прахом.
В последние мгновения перед смертью Галанор подумал о детях, которых отдал морскому народу, и, к своему удивлению, обнаружил в сердце печаль. Всю свою долгую жизнь он старался поступать так, чтобы ни о чем не сожалеть, а теперь вот раскаивался, что не пошел наперекор отцу. Он не хотел жениться на принцессе, не горел желанием начать войну с людьми, хоть и презирал их.
