На пароме Симон, избегая Бьёрка, уселся на скамью на корме и стал читать. Поднялся сильный ветер. Когда они швартовались в порту, книгу чуть не вырвало из рук Симона.
На берегу он направился в сторону пансионата. Шел медленно, вдыхая свежий воздух, поглядывая по пути на сосны на холмах. Отдельные облака быстро проплывали под кронами, словно куда-то торопились. Каждый раз, возвращаясь на остров, Симон ощущал себя так, словно в его жизни образовалась трещина и он внезапно перенесся в незнакомый мир. И это несмотря на то, что он прожил тут четыре года… Только увидев остроконечную крышу теплицы на фоне неба, Симон почувствовал себя дома.
Вернувшись домой, он продолжил читать, сидя в любимом кресле; прервался только, чтобы поужинать. К девяти часам дочитал книгу. В целом это была своеобразная автобиография с вкраплением мелких советов по достижению лучшей жизни. Особенно возмущала в ней Симона явная ложь. Например, заявление, что Эльвира сама соблазнила его, солгав о своем возрасте. Или что он постоянно скорбит о своей семье.
Но самое отвратительное было то, что Освальд написал о Софии. Всего несколько строк, но и этого достаточно.
«София Бауман в течение двух лет была моей секретаршей. Эффективная, компетентная и сообразительная. Однако в то время, когда мы работали вместе, София часто позволяла себе намеки сексуального характера. Из соображений профессиональной этики я никогда не отвечал на ее приглашения. Вероятно, именно поэтому она под конец оказалась так настроена против меня. Лично я не питаю никаких обид на Софию и уверен, что мы еще встретимся в будущем при других, лучших обстоятельствах».
Первая мысль, возникшая у Симона: он должен любой ценой позаботиться, чтобы София не взяла в руки эту книгу. Она точно сразу же начнет лезть на стены. Потом он подумал о том, как несправедливо все получилось. Освальд сидит в тюрьме и оттуда распространяет ложь… Симон открыл компьютер и «погуглил». Ему сразу же выпали тысячи ссылок на книгу, о которой уже писали во всевозможных СМИ и социальных сетях. В рекламе фигурировали такие эпитеты, как «Самая захватывающая книга года» и «Взрывной отчет о личной жизни Франца Освальда».
Симон уставился на фотографию Освальда, не в силах избавиться от раздражения, — до чего же тот умеет сбивать с толку людей! Даже сидя в тюрьме. Затем решил позвонить Магнусу Стриду. Раньше он никогда сам не звонил ему, но теперь у него возникла идея.
Журналист ответил своим обычным бодрым голосом:
— Симон! Давно не общались… Что у тебя на сердце?
— Хотел спросить, читал ли ты книгу Освальда?
— Да уж… Самая немыслимая чушь, какую мне когда-либо доводилось читать.
— Я тоже так думаю. Меня бесит, что масса людей прочитает его лживые выдумки… Но я слышал, что и ты тоже пишешь книгу о «Виа Терра». Когда она выйдет?
— Ближе к весне.
Симон задумался. В течение нескольких месяцев он сможет выступать в роли шпиона Софии — до выхода книги.
— В таком случае я готов дать интервью.
— Супер! Мне это очень пригодится. Далеко не все решаются говорить открыто.
После разговора с Магнусом Симон почувствовал себя лучше — и занялся своими вечерними делами.
В тот момент, когда он собирался пойти и лечь, на глаза ему попалась газета, лежавшая на журнальном столике, которую он не успел прочесть. Это противоречило его принципам, так что Симон сел на диван и открыл ее. В разделе о культурной жизни мелькнула статья: книга Освальда предположительно побьет все рекорды продаж в сегменте шведской биографической литературы. Тут же содержалась и рецензия на книгу — не особенно хорошая, но какое это имело значение?
Трудно представить себе большую несправедливость — убийца и насильник, сидящий в тюрьме и руководящий оттуда сектой, издает книги и фотографируется в костюме…
Звонок Софии последовал в шесть утра, как раз когда Симон поднялся с кровати. Звонили с неизвестного номера, но он догадался, что это София.
Ни слова о том, как она устроилась, как прошел полет, о работе и все такое. Прямо к делу, как всегда.
— Симон, мне нужна твоя помощь!
— Ты не сказала, в чем нужна моя помощь, и вообще как ты себя чувствуешь.
— Я чувствую себя прекрасно, ты это наверняка сам слышишь, но Освальд уже тянет ко мне свои щупальца, и это действует мне на нервы.
— Он написал книгу.
— Что за чертовщина?
— Это правда. Книга отвратительная. Не хочу, чтобы ты ее читала. Ты придешь в ярость, даже не хочу об этом думать… Сейчас я только рад, что ты по другую сторону Атлантики. Ее хвалят знаменитости, хотя эта свинья сидит за решеткой.
— Пошли мне ее!
— Ни за что на свете.
— Пошли, я хочу ее прочесть.
— Хорошо, если ты и впрямь этого хочешь… Достану из помойки и перешлю тебе. Но от нее будет вонять отходами.
Теперь София рассмеялась.
— Симон, какая-то сволочь звонила Вильме и предлагала деньги за мои контактные данные.
— Ах, черт!.. Но меня это ничуть не удивляет. София, ты должна быть осторожна. Тут что-то не так. Печенкой чую — дальше будет хуже.
— Как ты думаешь, чего им нужно? Почему они не оставят меня в покое?
— Не знаю, но хорошо, что ты в США. Мне тебя не хватает, но тебе лучше там.
