— Как ты считаешь, что мне делать?
— Затаиться, как ты и делаешь. Там они тебя не достанут, — произнес Симон, прикидывая про себя, не доберутся ли они до нее и там. Также он рассказал ей о книге Магнуса Стрида и о том, что согласился на интервью. И испытал гордость, потому что София искренне обрадовалась.
— Но чего ты от меня хотела? — спросил он.
— Хочу, чтобы ты снова переговорил с Бенни.
— С какой стати? Я звонил ему позавчера и сказал, что решил больше не иметь с тобой дела.
— Придется тебе сказать, что ты передумал, что у тебя сейчас плохо с деньгами.
— И что потом?
— Тогда он спросит тебя, где я.
— И что я отвечу?
— Ты ответишь, что я написала тебе из Италии. Для начала только это. Вроде как ты больше ничего не знаешь. После этого свяжешься со мной.
— С тобой-то я свяжусь, ясное дело, но деньги у них брать не буду.
— Сожги их!
— Даже не так — скажу им, что устал от твоей болтовни и больше не могу тебя выносить.
Они еще долго беседовали. София предложила ему приехать навестить ее, а он рассмеялся в ответ и сказал, что самое дальнее путешествие в своей жизни совершил в Стокгольм, где при виде высотных зданий у него закружилась голова. Однако при мысли о том, чтобы поехать на другой конец земного шара, Симона охватило внезапное любопытство.
После разговора он опустился в кресло, размышляя, но ход его мыслей прервало деликатное постукивание в дверь. Это была Инга Херманссон, которая пришла напомнить, чтобы он оделся поприличнее — сегодня приедет жюри «Экогруппы». Об этом Симон знал и раньше, но с вечера выложил свою обычную рабочую одежду. Члены жюри наверняка предпочтут, чтобы все выглядело естественно — садовые перчатки в земле и сапоги, перемазанные глиной. Однако Симон лишь кивнул в ответ, поскольку его все еще отвлекала зависшая в мозгу мысль: каково это было бы, отправиться в путешествие? Он ломал голову над тем, сколько же лошадиных сил в двигателе, способном перелететь через Атлантический океан.
Звонок Вильмы всерьез потряс Софию. Она позвонила своим родителям, Беньямину, Альме, даже Эдит Бергман в университетской библиотеке, но им никто не звонил и про нее не спрашивал. Под конец София уже начала беспокоиться, не послужат ли ее звонки новыми наводками для секты, и решила затаиться. Авось они ищут ее где-нибудь в Италии…
Жизнь в Пало-Альто вскоре вошла в свою колею. По утрам София ехала на велосипеде на работу — всегда навстречу восходящему солнцу. Под конец она даже спросила кого-то, действительно ли у них всегда так солнечно, и услышала в ответ, что все осадки выпадают с декабря по март. А когда спросила, всегда ли будет так жарко, ей ответили, что жара может продлиться до середины октября.
Вечера София обычно проводила у бассейна, читала, лежа в шезлонге, через равные промежутки окунаясь в воду, — и мокрый купальник приятно охлаждал тело. Пару ночей в квартире было так жарко, что Софии пришлось вынести матрас на балкон и спать там. На рассвете она проснулась от чириканья птиц на оливе. Похоже, даже птицы поют только на рассвете — в середине дня они немеют от зноя.
Библиотека, в которой она работала, была недавно построенная и вполне современная, а сотрудники — приятные, так что София вскоре почувствовала себя в своей тарелке. Мелисса организовала ей социальную жизнь с тем же энтузиазмом, с которым предпринимала все остальное: приглашала на ужин со своими друзьями, брала с собой на вечеринки, концерты на открытом воздухе и в музыкальные клубы.
На велосипеде София легко могла объехать весь Пало-Альто. Иногда она каталась целый день, посещая коттеджные поселки с роскошными домами в тени гигантских дубов, кленов и вязов, утопающими в цветах, ползущих по стенам и заборам. Почти все дома были окружены высокими каменными стенами, словно маленькие оазисы, что заставило ее задуматься, зачем в таком красивом городе люди стараются спрятаться.
Она гуляла в парках, обнимала неохватные стволы красного дерева и разглядывала огромные кроны, поднимавшиеся высоко в неизменно голубое небо, не могла надышаться запахами пинии и эвкалипта, пронизывавшими воздух. Иногда прогуливалась по Юниверсити-авеню в центре Пало-Альто, состоящем, по сути дела, из одной длинной улицы с магазинами, кафе и ресторанами. Ее поражало, как часто люди улыбались ей. Мужчины здесь вели себя более настойчиво, но обычно проявляли свое внимание приятным образом. Пару раз София даже знакомилась со студентами Стэнфордского университета и наслаждалась мужским вниманием, хотя в конечном итоге отвергала их предложения.
«Здесь я вписалась, — думала она. — Здесь я могла бы остаться жить».
Часто она заходила в «Старбакс» или «Питс кафе», чтобы посидеть в интернете. Перебрасывалась парой слов с другими посетителями. Разговор заводился очень легко. «Ты из Швеции? Вау! И как там у вас? Правда, что все время идет снег?»
