— Нет, госпожа. Я не смею такого говорить. И если вы хотите обсудить со мной ваш переезд или слуг, буду рада принять ваше предложение. В любое время. — Синьян была осторожна, что ещё раз подтверждало — она очень умна.
— Чудесно. Может быть сейчас?
— Как пожелаете.
Чтобы не идти в тишине, я завела беседу о переезде. Сказала, что во всём полагаюсь в этом вопросе на нее. Но в новый дворец хочу сама выбрать слуг.
— Вы недовольны теми, кто служит вам? — спросила она нахмурившись. — Ваши девушки происходят из почтенных семей. Они послушны и старательны.
— Я, в людях меня окружающих, ценю иные качества. Думаю, мы продолжим наш разговор, когда нам подадут чай. Императорская кухня передала нашему дворцу чудесные миндальные и рисовые пирожные. Надеюсь, вы их любите?
— Благодарю за вашу заботу, молодая госпожа.
— Пустяки. Должна же наложница Императора проявить гостеприимство к тем, кого сама зовёт посетить свой дворец.
Я улыбалась. Кивала. И болтала о сортах чая и видах выпечки, которая мне нравится. Пока за последней служанкой не закрылась дверь.
— Я не могу доверять этим девушкам. Недостойно бросаться беспочвенными обвинениями, но мне кажется, что служат они не только и не столько мне. Поэтому хочу их заменить. Мне не нужны рядом шпионы и предатели, когда родится мой принц.
— Ходят слухи, что вы ожидаете девочку, госпожа.
— Родится принц. Я знаю. Как знаю и то, что он со временем займёт императорский трон.
— Все наложницы мечтают от этом, — печально улыбнулась Синьян. — Так было с Джи. Она всё твердила, что ее Первый принц станет главным наследником. Но умерла при родах. Тот ребёнок не прожил и суток. У Шанэ есть ее второй принц. Он болен и слаб. При нём постоянно находится целитель. И лишь это сохраняет ему жизнь. А своего четвертого принца она потеряла. Самый сильный и здоровый наследник — сын наложницы Сян.
— Это не мои мечты, а воля Алой Богини. Моё тело не просто так украшено её цветами. Если вы поможете мне позаботиться о моём принце, я этого не забуду. И сделаю так, что мой сын всегда будет помнить о родстве вас связывающем.
— Наш Император связан кровными узами со Старшей госпожой. Но он сослал её во дворец Скорби и ни разу не навестил её за все эти года.
— Это очень печально, — стараюсь говорить спокойно, но твёрдо. — Я позабочусь о том, чтобы мой сын был более почтительным внуком. И не только для императрицы. Взамен я прошу вас помочь мне советом. Вы живёте здесь дольше меня. Знаете больше. Здесь очень много злых и завистливых глаз. А младенцу очень легко навредить.
— Вы предлагаете столь щедрую плату за простые советы?
— А почему нет? Я ценю ваш ум и опыт. Мне нравится ваша осторожность. Это достойная цена за помощь. И за молчание. Не стоит кому-то знать то, что именно я вам сказала. Мы с вами говорили о переезде и новых слугах. Старые, мне наскучили.
— Госпожа Мейлин, вы слишком циничны и расчётливы для юной девушки, которой полагается быть наивной и доброй.
— Наивные и добрые не выживают в таких местах, как Золотой город. В этом саду слишком много ядовитых цветов.
— Не все они желают вам зла, — осторожно ответила женщина.
— Я лишь хочу, чтобы моему ребенку никто не мог навредить, пока он мал. Ведь кроме меня, его не защитит никто.
— Понимаю. Это материнский долг — защищать свое дитя.
Киваю и вежливо улыбаюсь. А сама думаю: «Ничего она не понимает». Но меньше знаешь — крепче спишь. Я и так рассказала ей достаточно.
После разговора со старшей управляющей я отправилась в храм Алой Богини.
Там было чисто и тихо. На алтаре горели палочки с благовониями. А лёгкий сквозняк колыхал пламя свечей.
Серый мрамор стен.
Простые тростниковые циновки на полу.
Никаких излишеств, всё скромно. Скорее даже аскетично. И не скажешь, что это единственный храм в Золотом Городе.
— Этому храму не нужна позолота, — сказал старик в серебристой хламиде. Видимо, это и есть тот самый единственный жрец, который тут обитает.
— Разве весь Золотой Город — это не храм богини? Но там всё наполнено красками. А золотом сияют даже крыши дворцов.
— Альтеа любит всё яркое. Но это мой дом. Место тишины и раздумий, — старик замолчал на несколько минут, разглядывая меня. У меня от этого взгляда мурашки по коже побежали. — Я однажды совершил ужасную ошибку. Надеюсь, что пришло время её исправить.
Жрец улыбнулся. Сделал шаг, вступая в полосу света. И преобразился. Передо мной стоял… нет, не мой ровесник, но достаточно молодой мужчина. Его волосы были белыми, как снег, а глаза сияли лунным серебром.
Белые лисьи ушки я заметила не сразу. Как и девять пушистых хвостов за его спиной.
— Так вот ты какой, полярный лис, — в шоке протянула я. Хотя, чему тут можно удивляться. Подумаешь, кумихо. Меня сюда целая богиня притащила.