— Моё имя Акинара Ниэлон, — улыбнулся мужчина, демонстрируя заострённые клыки. — Альтеа, многие ее братья и сестры населяли свои миры такими, как ты. Мой создатель поступил иначе. Он создал демонов-лисиц, способных оборачиваться людьми. Мы стояли ближе к богам, чем иные создания. Могли даже путешествовать между мирами, но не жить там. Я похож на создание из сказок твоего мира, дитя?
— Да. А вы попали сюда так же, как и я?
— Не совсем. Альтеа забрала тебя, отдав осколок души нашего сына. Но не беспокойся, он не сможет причинить никому вред. Потому, что там нет места для небесного дракона. Этот осколок будет спать до тех пор, пока твой мир жив. Я же был последним представителем моего погибшего народа, — жрец помолчал несколько секунд, а потом продолжил делано-легкомысленным тоном. — Иногда такое случается. Боги, тоже умирают. И вместе создателем умирает всё им созданное. В юности Альтеа была очень любопытной. И она решила посмотреть на смерть целого мира. А увидев среди обломков мальчишку-лиса, раненого, но упрямо цепляющегося за жизнь, сжалилась и забрала его себе. Мы быстро взрослеем. И долго живём. В её мире поселился почти равный ей, влюблённый в неё до безумия. Это было славное время. Мы жили. Радовались каждому дню. И даже рождения нашего общего сына восприняли, как подарок и подтверждение нашей любви. В детстве Инлун был славным мальчиком. Добрым. Любознательным. Способным ради забавы изменить обличие. Громовым соколом летать в грозу, играя с молниями. Золотым драконом спать среди облаков. Плавать в море среди рыб. Прыгать по снежным вершинам северных гор. Мы мало им занимались, полагая, что ничего не может с ним произойти в мире, созданным его матерью. Но ошиблись. Нашлись те, кто посеял в его душе семена сомнений и злобы, взрастил в нём зависть. Сын начал ненавидеть нас. Меня. Ведь демон-лис всего лишь последнее создание ушедшего бога. А мать — за то, что родила его полукровкой. Слишком сильным для смертных. Слишком слабым, чтобы он мог создать свой собственный мир. И он возжелал получить этот мир, чтобы стать не наместником, а хозяином. Так Инлун принял решение убить Альтею. Ну, и меня заодно, зная, что подступиться к моей женщине он сможет лишь переступив через мой труп.
— Но, если бы его мать умерла, разве не умер бы этот мир вместе с ней? — удивилась я.
— В нём было достаточно её крови и силы, чтобы мир не заметил этого. Сын долго строил свой план. Искал союзников, способных предать свою богиню. И однажды нанёс удар. Мы слишком долго видели в нём того маленького мальчика, которым он был когда-то. Поэтому всё вышло так. Альтеа лишилась почти всей своей силы, уснув в ледяном коконе на вершине самой высокой горы. А я вынужден был вступить в схватку с собственным сыном. Он умер от моей руки. Перед смертью Инлун проклял нас, предсказав, что ни мы, ни этот мир не найдут покоя, пока его душа не возродится.
— Но, если вы победили, почему не очистили Золотой Город от сподвижников предателя?
— Альтеа была на грани жизни и смерти. А Инлун был мёртв. Мир… нет, ещё не умирал. Но кричал от боли. Начались землетрясения, извержения вулканов, ураганы. Моря закипали. Таяли ледники, затапливая сушу. Моих сил хватило, чтобы на время приглушить агонию. И ждать пробуждения Альтеи. Так прошло две тысячи лет. Сменилось множество поколений. Но даже сейчас в детях рода Акинара течёт наша кровь. Сначала мы пытались вырастить достойного наследника с помощью наших верных слуг, но всякий раз терпели неудачу. Однажды у нас это почти получилось. Юный Киан стал бы неплохим правителем. Но осколки души Инлуна снова помешали нам. Самый крошечный из них и сейчас отравляет Исао, забирая у него здоровье и разум.
— И вы решили объединить все осколки в моём ребёнке?
— Не все, — жрец холодно улыбнулся. — Лишь те, что огонь нового рождения сможет переплавить в новую личность.
— Он будет человеком?
— Нет. Но и божественных сил у него не станет. У тебя родится маленький демон-лис.
— С ушками и хвостиками? — спросила я шокировано. — Как же я их прятать буду? Мальчишку же прибьют ещё в младенчестве. Просто, за то, что он на человека не похож.
— Это всё, что тебя беспокоит? — улыбнулся Ниэлон. Нашел, когда веселиться, лис полярный.
— Нет, конечно. Но это сейчас — вопрос первостепенный. Наложницам Императора только дай повод избавиться от принца, чтобы расчистить дорожку для их сыновей. Скажут, что это не ребёнок, а подменыш злых духов, и поминай как звали. Может быть можно как-то без ушек и хвостиков обойтись?
Жрец расхохотался:
— Ты забавная, дитя иного мира. Не беспокойся. Сначала я укрою мальчика мороком. А потом он научится по своей воле менять облик.
— Спасибо.
— Не стоит благодарностей. Что ещё беспокоит тебя сейчас?
— Мне нужны верные люди, чтобы позаботиться о моём сыне. Вы, случайно, не знаете таких?
— Открой своё сердце, и ты найдешь их без моей подсказки. Ты уже на правильном пути. Но я пригляжу, чтобы в твоём новом дворце не завелась крыса. Внимательно смотри по сторонам. Драгоценные камни могут лежать даже среди речной гальки.