— Не сочтите за дерзость, господин, — ответил мужчина со сдержанным достоинством. — Моих детей учит тесть. Аэри Тишен всю жизнь служил учителем музыки, манер и чистописания. Его уважают в столице губернии. Он человек в высшей степени разумный. Не самолюбив. Ценит талант превыше титулов и с радостью будет во всём содействовать тайному наставнику принца. Слугу госпожи Мейлин можно приставить к моему тестю, как помощника. Мой родич — человек в возрасте. Никого не удивит наличие в учебной зале слуги.
— А сколько лет вашим детям? — спрашиваю, стараясь не выдать жгучего интереса. В душе молюсь, чтобы хоть кто-то из детей оказался ровесником моего сына. У Лисёнка не было друзей его возраста. Сестры его рано умирали. Братьев настраивали против их матери, из-за чего те вели себя не самым лучшим образом. Я понимаю, как важна социализация для гармоничного развития ребенка, но, когда, просто, пытаешься выжить, не до таких мелочей.
— Мальчики старше пятого принца всего на год, а дочь немного младше.
— Чудесно!
Мужчины смерили меня одинаково удивлёнными взглядами. Поэтому пришлось пояснить:
— Вместе с друзьями учиться веселее.
— Это большая честь, — ответил Каори немного растерянно. — Мои сыновья будут счастливы.
— Я бы хотела видеть на занятиях всех ваших детей, а не только сыновей.
— Лиша — очень милая и добрая девочка, — вкрадчиво начал Киан. — Но это не принято. Традиционно принцы учатся или отдельно, или среди других мальчиков. Принцессы занимаются отдельно.
— Меня не устраивает итог этой модели воспитания. К женщинам мужчина должен относиться с добротой и уважением. Как к равному. Не желаю, чтобы мой сын брал пример с Императора. Вы знаете, что наш господин избил свою наложницу? Ту самую, что вы помогли ему выбрать. Да, в их первую ночь. Потому, что мог это сделать. Потому, что ему нравится унижать девушек. Ведь у него таких игрушек может быть сколько угодно. Зачем сдерживаться? Вот к чему приводят ваши традиции. Мой сын должен учиться не только наукам, но и с уважением относиться ко всем людям вне зависимости от их пола, возраста и социального положения.
— Хорошо, — Киан уважительно склонил голову. — Поступайте, как считаете правильным. Каори, ты свободен.
Мужчина ещё раз поклонился и вышел. Я мысленно поджала плечами. Мы все понимали: правая рука принца будет слышать каждое слово. Так какой смысл выходить?
— Вы желаете знать ещё что-то? — я стараюсь спрятать раздражение в глубине глаз.
— Пятый принц хорошо держится в седле?
— Не настолько, чтобы Шен был доволен. Ему всего пять лет.
— Тогда он поедет со мной. В дороге будет достаточно времени, чтобы поговорить с ним. И вопросов станет меньше.
Какой наивный мальчик. Всегда завидовала таким. Вроде бы, жизнь у него была, далеко, не сказка, а до сих пор в чудеса верит. После того, как он пообщается с Лисёнком, вопросов станет гораздо больше.
Джин — орудие Алой Богини, предназначенное для истребления скверны. Орудие, которое вполне отчётливо осознаёт своё предназначение.
Конечно, мне бы хотелось, чтобы мой сын, просто, жил, а не нёс на своих плечах ответственность за целый мир. Но судьба не всегда даёт нам выбор.
— В дальнейшем, я планирую следить за успехами племянника, — строго сказал Киан. — И если выбранный вами наставник не оправдает возложенной на него…
— Дело, конечно, ваше. Но если вы хотите, чтобы Джиндзиро привязался к вам, стоит сменить тактику. Своих надзирателей никто не любит.
— Мне кажется, что пятый принц привязан к Шену и тому — второму вашему слуге. Разве они не бывают к нему строги?
— Шен и Лей б с моим сыном всю его жизнь. И они его любят. Очень любят. И, как вы заметили, бывают строги. Иногда. Когда это нужно. Не всегда.
— Я не могу любить ребенка, которого знаю всего несколько дней.
Делаю глубокий вдох и стараюсь говорить максимально спокойно:
— Я от вас этого и не жду. Но, если вы хотите получить право звать своего племянника Лисёнком, нужно сделать чуть больше, чем один шаг в его сторону. Если хотите, чтобы он прислушивался к вашим словам. Если хотите стать для него значимым человеком. Говорите с ним. Слушайте. Вы можете вместе гулять или играть. Джину нравятся стратегические игры. Научите его чему-нибудь. Чему бы вы стали учить собственного сына?
— Читать. Или писать
— К сожалению, он это уже умеет.
— Ездить на лошади?
— Это — тоже. Просто, у него было мало практики.
— Плавать он умеет, насколько мне известно. — Киан взял ломтик сушёного яблока и начал задумчиво его жевать. — Я люблю ходить под парусом. Возможно, ему это понравится. Благодарю, госпожа Мейлин, вы дали мне почву для размышлений.
— Марина. Это моё настоящее имя. Но старшая управляющая гарема посчитала его неподходящим для наложницы. Ведь та, что принадлежит Золотому Городу и Императору, не может принадлежать морю. Если хотите, можете звать меня так, когда мы наедине.
— Приму за честь. Вы тоже, наедине можете звать меня по имени. Если пожелаете.
— Спокойной ночи, Киан.
Я встала и вышла. Задремавший Шен открыл глаза, когда моя рука отодвинула полог нашего шатра.