Путин : Наверное, поэтому американская администрация сразу после оккупации Японии распоряжением командующего Макартура запретила в стране дзюдо и другие боевые искусства. Они боялись возрождения самурайского духа. Просчитались только с номером приказа о запрете – 404!
Кано : Вам не идет злорадство – все рано или поздно просчитываются, и цифры здесь не имеют значения.
Путин : Меня интригует все «чистое». В том смысле, в каком говорят «чистые металлы», «чистая прибыль», «чистая правда»… То есть некие субстанции без всего лишнего, инородного, без примесей. Тогда легче разобраться в природе, происхождении, возможностях этих субстанций. Вот вы – образчик чистой ненависти ко всему русскому. Ваша ненависть не замутнена, никак, ничем и никогда не закамуфлирована. Никто до вас на Западе так четко не технологизировал эту ненависть: против России, на обломках России, за счет России. Это интригует.
Бжезинский : Интриги нет. Просто я с этим родился.
Путин : Кстати, никто не знает, где вы родились. В ваших биографических версиях называют и Варшаву, и Харьков…
Бжезинский : Вот уж не поверю, что вы не знаете. Вас называют самым информированным человеком в мире. А что до места рождения – это всего лишь маленькая мистификация. Я думаю, политик должен скрывать точное время своего рождения, а политолог – место.
Путин : Что-то связанное с гороскопами, социометрией, личными легендами?
Бжезинский : Почти.
Путин : И все же ненависть…
Бжезинский : Я поляк по происхождению, американец по судьбе, политический игрок по призванию. Перемножьте все это – и что получите на выходе?
Путин : Да знаю я, знаю, что получается. Но чувства, мысли, смыслы – это не результат голой математики. Вот сейчас атаку ваших единомышленников на все русское часто организуют в форме атаки на мою скромную персону. Мне даже где-то лестно, хотя понимаю всю бредовость замысла. Но посмотрите на меня – что во мне лично вызывает у вас особую ненависть: моя внешность, стиль мышления, мои идеи и принципы, образ жизни? За что вы так меня ненавидите?
Бжезинский : Давайте, Владимир, без персонификации. Не будем переходить на личности. Но вот наше отношение к русскому миру…
Путин : Извините, не могу не перебить. Ну почему западные лидеры мнений всегда прячутся за абстракции: за какие-то ценности, общие подходы, глобальное видение? Когда я работал в Германии, увлекся Гегелем. Перечитайте его работу «Кто мыслит абстрактно». Там философ как раз и говорит, что абстрактно мыслят западные филистеры, мещане, кухарки и это может убить Запад. Кстати, он сказал, что конкретно мыслят философы, если они настоящие. А я добавлю – и русские, если они настоящие. И в этом тоже наше отличие от Запада. Может, как раз за это вы нас и не любите? Мы не вмещаемся в ваши абстракции.
Бжезинский : Вы против толерантности, гуманитарных прав, равенства полов, глобальности мира, КГБ…
Путин : Опять двадцать пять – речь не эксперта, а «общечеловека». Да ладно, привыкли уже. А правда, Збигнев, что в одной из постсоветских стран вы пытались взобраться для фото на постамент сверженного Ленина, но ступенька стремянки обломилась? Тяжела, видно, мировая шахматная доска?
Бжезинский : У вас даже постаменты бывшим вождям слишком громоздкие – культ личности.
Путин : А может, просто ваши вожди слишком маленькие для наших постаментов?
Бжезинский : Вот это вечное ваше самомнение – тоже повод для ненависти.
Путин : Это не самомнение, а самоуважение, вообще-то. Збигнев, вы торговали ненавистью от президента Картера до президента Обамы. За ненависть хорошо платят?
Бжезинский : Провокационный вопрос! Я никогда ничем не торговал, кроме знаний.
Путин : Охотно готов поверить – вы умный человек. Только сложно объяснить, за что один ваш сын в юном возрасте стал международным журналистом, а другой – работником конгресса?
Бжезинский : Опять вы хотите меня поразить всезнайством. Не получится! Они просто талантливые парни.
Путин : Ну да, если папа умный – свои талантливые парни по папиной протекции идут в конгресс, а чужие по папиному сценарию погибают в Афгане.
Бжезинский : Русские своих не жалеют!
Путин : Это нам самим решать! Но вот завтракать мне с вами расхотелось – думал, узнаю что-то новое, а только аппетит испортил.
Путин : Откровенно говоря, мне не нравится все чрезмерное: чрезмерный вес, богатство, откровенность… Вы – чрезмерный человек, но почему-то мне нравитесь.
Трамп : Дело в том, что мы очень похожи. Мы из одного карраса, как сказал бы Воннегут.
Путин : Я читал «Колыбель для кошки», но не надо, как говорит Шойгу, искать вежливую кошку в темной комнате, особенно без тепловизора.
Трамп : А я уже ее нашел! Все дело в том, что мы с вами рыжие!
Путин : Я вроде был блондинистым.
