Уже выходя он выключил свет, который забыла потушить я, после чего, не оборачиваясь, вышел, но не закрыл за собой дверь до конца, оставив её заметно приоткрытой. То ли он хотел таким образом показать, что он здесь хозяин и ему решать, с какой дверью мне спать – подпёртой или приоткрытой – то ли он, увидев, что я сплю со светом, решил, что я боюсь темноты, и поэтому оставил для меня источник света. Прежде меня второй вариант ни за что бы не посетил, но сейчас подобная мысль отчего-то казалась мне вполне вероятной. И с каждой минутой она укреплялась во мне, так как, проснувшись в три часа ночи, я всё ещё видела струю тёплого света, проникающую в мою комнату сквозь приоткрытую дверь. Я знала, что Дариан спит в гостиной на разбитом диване, как и знала, что он вполне мог позволить себе спать этой ночью в постели со мной и с выключенным светом – в конце концов, он здесь хозяин. Но он выбрал самый неудобный для себя вариант проведения этой ночи. И самый удобный для меня.
Как же сильно в три часа этой ночи у меня щемило в груди!..
…Как же сильно пахла Дарианом постель…
Я проснулась ровно в девять часов, и первое, что увидела – серость, разлившуюся за панорамными окнами, покрытыми бусинами дождевых капель. Кажется, меня разбудил какой-то звук из гостиной, но я не была в этом уверена. Полежав ещё минуту, я прислушалась и услышала, как Дариан перемещается из ванной в гостиную. Скорее всего его деятельность меня и разбудила, хотя он и передвигался достаточно тихо.
Спустив ноги с постели и почувствовав ступнями прохладу деревянных досок, я слегка сжалась и зевнула. Необходимо было начинать новый день. Может быть именно он меня наконец и прикончит? Вполне может быть. Особенно с учётом того, что каждый мой новый день в этой жизни даётся мне всё с бо́льшим трудом.
В момент, когда я подошла к двери, Дариан как раз направлялся в мою сторону.
– Доброе утро, – поздоровался он, когда я до конца распахнула дверь спальни, после чего протянул мне большой бумажный пакет. В нём оказалась одежда. – Заказал для тебя в интернет-магазине, привезли пару минут назад, вроде бы размеры твои… Примерь.
– Хорошо, – всё ещё слишком сонным голосом отозвалась я.
Натянув на себя лёгкую белую кофточку с длинными рукавами обвисшими в локтях, хлопковый серый костюм из толстовки на застёжке и хип-хоп штанов, носки и даже кеды, я несколько раз бесшумно подпрыгнула на месте, чтобы убедиться в том, что одежда сидит на мне как влитая. Стоит отдать Дариану должное – оказывается, он знает мои размеры даже лучше, чем я сама. Сняв с себя кеды и толстовку, и положив их обратно в пакет, решив, что их будет лучше надеть перед уходом, я вышла в гостиную. Стоя ко мне спиной, Дариан что-то готовил на кухне. Я решила его не отвлекать и тихо проскользнула в ванную.
Умыв лицо, я начала снимать с запястий марлевые повязки. Когда я увидела, что за ночь мои синяки волшебным образом рассосались, превратившись в красновато-желтоватые пятна, я не поверила своим глазам. Присмотревшись же к своей губе, к которой Дариан всё-таки успел приложить немного волшебного геля своим пальцем, я поняла, что и она стала выглядеть лучше, а синяк на подбородке и вовсе превратился в едва заметное пятно. Я знала, что на мне заживает как на кошке, но так быстро синяки с меня ещё никогда не сходили. Интересно, чем именно он меня вчера мазал?
Вернувшись обратно в гостиную, я отметила, что Дариан, пока я спала, успел ещё раз немного прибраться, отчего теперь, при разлившейся по комнате утренней серости, всё вокруг казалось мне не в таком уж и плачевном состоянии – просто гостиная заметно опустела.
Войдя на кухню, я увидела, как Дариан поочередно посыпает две порции овсянки сухофруктами. Пододвинув мне мою тарелку, Дариан взял свою порцию и направился к столу, который он, по-видимому как и стулья, успел привести в функционирующее состояние.
