Когда я села за стол, Дариан вернулся на кухню, чтобы принести чай – по аромату я узнала свой любимый, малиновый – и уже оттуда начал беседу:
– Я хочу, чтобы ты понимала, что я знаю всё. Вплоть до того, что я видел видеозапись с камеры наблюдения, на которой тебя вытащили из твоей машины на подземной парковке торгового центра. – Дариан ещё не успел договорить, а я уже зажмурилась.
Перед моими глазами мгновенно возникла картинка, на которой огромный бритоголовый амбал перетаскивает моё обмякшее тело и запихивает его в багажник кроссовера. Ну зачем, зачем Дариан это видел?!.. Я раскрыла глаза, когда передо мной, с тонким стуком о стол, опустилась чашка с чаем. Сев напротив меня, Дариан внимательно посмотрел мне в глаза.
– Робинсон по-глупости связался с опасными людьми, из-за чего нелепо поплатился своей жизнью и поставил под серьёзный удар твою.
– Дариан, – я сдвинула брови, смотря на свои пальцы, сжимающие чайную ложку, – для того, чтобы создать со мной прочный фундамент, – я не верила, что говорила подобные слова! – ты должен кое-что знать. Я не позволю кому бы то ни было оскорблять память Робина. Какие бы он не совершил ошибки при своей жизни, – я перевела взгляд на своего собеседника и заглянула ему прямо в глаза, желая убедиться в том, что я доходчиво объясняю и меня понимают, – мы с тобой совершили большее их количество. Я уважала Робина при его жизни и моё уважение к нему сохранится во мне навсегда.
– Уважала? – приподнял бровь Дариан. – А как насчёт “любила”?
Он подловил меня на чувствах!.. Значит, он слушал меня даже более внимательно, чем я того хотела. Вот ведь хрень!.. Сколько можно его недооценивать?!
– Дай угадаю, – уверенно продолжил он, – у тебя была серьёзная проблема в этом браке. Ты уважала Робинсона, но всегда любила только меня.
Хрень-хрень-хрень!.. Хренов психолог!.. Хренов мозгоправ!..
– Давай сейчас не будем препираться по данному вопросу, – не переставая хмуриться, ещё сильнее сжала чайную ложку у себя в кулаке я.
– В принципе не вижу смысла препираться в тех вопросах, ответы на которые очевидны, – спокойно произнёс Дариан, едва уловимо поведя плечами, словно ему и дела не было до того, что я когда-то была замужем: главное, что это прошло. Меня это злило. Именно это, а не сам Дариан. Ведь подсознательно я знала, что он был прав: в моём браке с Робином и вправду была серьёзная проблема, даже брешь. Однако Дариан не замечал того, что эта проблема никуда не исчезла, а наоборот начала разрастаться внутри меня до космических размеров, превращаясь в неподъёмное чувство вины перед фантомным духом Робина.
– Заказчики убийства Робинсона будут депортированы из США и возвращены в Британию уже сегодня вечером, – спокойным тоном продолжил Дариан. – Что касается исполнителей – пулю выпустил Филмор Майерз. Брат одного из тех, кто осуществил твоё похищение. В декабре прошлого года он устроил перестрелку с полицейскими, в которой его здорово изрешетили, так что можешь считать, что Робин отомщён, насколько это возможно.
Я резко бросила взгляд на Дариана, но он не смотрел на меня и не выдавал никакой значительной эмоции. Он только что впервые назвал Робина по имени. Более того, он говорил о нём совершенно спокойным тоном. Неужели он так просто взял и услышал меня? Неужели принял тот факт, что мою историю с Робином не стереть?.. Я ощутила нечто сродни шоку. Всё равно, что всю жизнь страдать дальнозоркостью и вдруг увидеть деталь, расположенную прямо у тебя перед носом. Дариан?.. Как я не замечала?..
– Заказчики смерти Робина и твоего похищения – одни и те же люди, – спокойно продолжил он, уже переведя на меня взгляд. – С ними всё понятно, все они пойманы. Относительно их мотивов: после смерти Робина они не просто прибрали в свои руки его клуб – они обогатились, за счёт клуба резко подняв свои доходы на семьдесят пять процентов и увеличив стоимость своих акций на тридцать два процента каждый. Что же касается исполнителей твоего похищения – тебе придётся их опознать. Знаю, неприятный процесс, но, прости, я не могу тебя от него избавить. В участок нужно ехать сегодня, сразу после завтрака.
Услышав это, я интуитивно повела плечами и вся сжалась. По-видимому заметив отсутствие во мне энтузиазма, Дариан решил добавить:
– Не переживай, всё пройдёт быстро. И я поеду с тобой.
Я предпочла ничего не ответить. Предпочла умолчать о том, с каким облегчением я отнеслась к новости о том, что он решил меня сопровождать. Словно пока он находился рядом, мне ничего кроме его самого угрожать не могло. Этакая непреодолимая для внешнего мира, непробиваемая для всех и каждого стена с заострёнными шипами, смотрящими в мою сторону.
