— Что бы ты ни думал о нас, мы всегда переживали за тебя и заботились о твоём благополучии. Когда у тебя были проблемы с твоей женой, разве не мы были рядом с тобой? — Затем снова повернулся к нему и продолжил: — Да, нет идеальных людей и даже между родственниками могут быть разногласия и зависть, но от этого мы не перестаём быть семьёй. Благодаря стараниям всех членов семьи, мы успешны и уважаемы во всём мире. Нас объединяет единая цель, в этом и заключается наша сила, иначе мы не достигли бы таких высот.
— Ну так я же не против! Я полностью согласен и поддерживаю! Когда Марк отказался становиться полноценным владельцем строительной компании в России, хотел, чтобы мы вместе вели все дела, были равноправными, ради НАШЕЙ семьи я уговорил отца составить договор так, чтобы Марк принял его условия, ссылаясь на мою неуравновешенную жену. Ради НАШЕЙ семьи я бросил его практически одного тащить всё на себе. Да, нам нужно крепко держаться друг друга и тогда любой наш враг обломает свои зубы, решившись бросить нам вызов! Однако ты должен понять, что Марк тоже является членом нашей семьи!
— Если ты этого хочешь, пусть будет так.
— Да, я этого хочу. И даже если ты не согласен, всё равно будет так!
— Ох, упрямый же ты, — на этот раз голос дяди выражал отцовскую любовь и заботу. — Весь в отца. Такой же упёртый баран!
— Ты уж определись: либо осел, либо баран, — усмехнулся на этот раз дружелюбно.
— Ослобаран. Жгучая смесь двух упрямцев. Это уникальный случай.
— Ну так и я уникальный, правда? — рассмеялся, немного расслабившись.
— Это точно! — с улыбкой подтвердил дядя.
Напряжение покинуло обоих и они замолчали, погрузившись в свои мысли.
— Ладно, расскажи, что узнали про этих албанцев, — спросил немного спустя, глядя в окно.
— Старший брат, Илир, служил в американской армии. Считался высококлассным снайпером. Но на последнем задании не смог первым снять снайпера противника. В итоге погиб их командир и ещё пару офицеров. Его это надломило и он ушел. Поначалу брал частные заказы, ну, ты понял, киллером подрабатывал, но потом и это бросил. Устроился работать в автосервис. Ведёт затворнический образ жизни, практически ни с кем не общается. Если информация верная, то у него есть женщина, на которой планирует жениться в скором времени. Средний брат, Валмир, учитель по скрипке в музыкальной школе. Женат. Дочке пять лет. Младший брат, Лорик, наш покойник, отброс общества. Занимался не только продажей, но и употреблением наркотиков. Также по мелочи торговал оружием. Но основное — это организация борделей, куда принимают работать всех подряд, независимо от возраста, пола и цвета кожи. Кто-то туда приходит заработать, а кто-то наоборот отработать долг, а заодно заработать на новую дозу.
— А насчёт похищений девушек что-то известно?
— Что значит «похищений»? — непонимающе нахмурился дядя.
— Это когда девушку против её воли увозят из города или страны куда-то в другое место и систематически принуждают делать то, что она предпочла бы делать только с любимым человеком или сугубо по своему желанию, при этом садят её на наркоту так плотно, чтоб она не соскочила ненароком до того, как потеряет свой товарный вид. А потом их убивают и заменяют на свеженькую.
— Ты давай не язви, умник. О такой мерзости мне не докладывали, — брезгливо поморщился дядя.
— Ясно, — протянул задумчиво и отвернулся, глядя, как меняется природа за окном.
Вскоре машина съехала на грунтовую дорогу, по которой они доехали до фермы и остановились возле двухэтажного здания из красного кирпича.
Вышел, внимательно осматриваясь по сторонам. Место оказалось уединенным и поблизости других домов не было. Вдалеке на фоне высоких гор виднелись только стада коров и овец, пасущихся вдоль широкого ручья. Стога сена аккуратными холмиками возвышались на зелёном поле, которое резко контрастировало с нивой, засеянной пшеницей, а посреди этого золотого ковра стоял одинокий комбайн.
— Красота, — вдохнул полной грудью не совсем свежий воздух фермы.
Со стороны амбара к ним вышел огромный мужчина в рабочем комбинезоне далеко не первой свежести. Он был почти на две головы выше Алэна, а ведь рост у него сто восемьдесят семь сантиметров, и в два раза шире в плечах, ну так и Алэн далеко не из худых, довольно таки хорошо и по-спортивному сложен.
С неким недовольством смотрел, как Великан тяжёлой походкой приближается к ним, угрюмо поглядывая исподлобья, и поинтересовался, тоже окинув его таким же угрюмым взглядом:
— А это ещё кто? Где Генрих?
— У него дела, — спокойным тоном ответил дядя. — Сегодня они распустили всех рабочих, вот ему и пришлось самому ехать в город, решать какие-то срочные проблемы. А это его сын — Луис. Очень надёжный парень.
— Ха, — вырвался нервный смешок, — парень, тоже мне. Ты на его фоне гномом смотришься.
— Да хоть мальчиком-с-пальчиком, какая разница? — отмахнулся дядя. — Пошли давай.
Хмыкнул и послушно пошёл за ним.
Великан что-то буркнул по-немецки, поравнявшись с ними, и кивнул в сторону сарая, который граничил с амбаром.
