- Пауль, а как зовут того омежку?
- Анджей виконт Карингтон, ему шестнадцать лет, - ответил Пауль, не отвлекаясь от пульта управления кораблём. Они покидали атмосферу планеты. Он не стал говорить альфе о том, что понравившийся ему омега может погибнуть, сражаясь в рядах всадников. Пауль чувствовал бурлящий в его крови адреналин, вместе с ним пришло предчувствие победы. Дерек накрыл его ладонь, сжимая пальцы и подбадривая.
- Ангел, - шептал Ингвар, помогая Лео настраивать аннигилятор.
***
У них всё получилось, но, уходя в гиперпрыжок, оставляя за своей спиной разрушенную станцию, они попали под остаточный заряд антиматерии, разрушивший навигационную систему и один из двигателей. Очень трудно, находясь в гиперпространстве, настроить вектора выхода, их хорошенько тряхнуло при выходе из гиперпространства. Пауль ударился головой, но, теряя сознание, он увидел ненавистные луны Альфарума.
Тело, закованное в лёд, онемело, где-то, словно сквозь толщу воды, раздался крик боли, запахло кровью и испражнениями. Пауль, превозмогая боль в замёрзшем теле, напрягал и расслаблял группы мышц, возвращая кровообращение. Постепенно вернулся слух.
- А-ааа! – раздалось справа, крик захлебнулся, перерастая в скулёж.
«Кого-то пытают», - подумал Пауль. - «Неужели ребят?! Дерек!»
Он распахнул глаза, раздирая слипшиеся ресницы, пар дыхания закрывал обзор.
«Пыточная? Альфарум! Он всех привёл в ловушку!» - Пауль застонал от безысходности.
Снова раздался крик, он повернул голову, вглядываясь в фигуру справа, распятую, как и он, на каменном столе для препарирования трупов. Размытый силуэт подошёл к телу и, сделав под непрерывный вой жертвы надрез, рывком снял кожу с руки. Пытаемый выгнулся, срывая горло криком, а потом обмяк, тяжело дыша. Зрение медленно возвращалось, Пауль вглядывался в силуэт на столе, жертва повернулась к нему лицом. Он не сразу узнал искажённое болью лицо, трудно было поверить в происходящее, но на столе заходился криком Михал Пантеонат.
Комментарий к Глава тридцать четвёртая
* Книга Песни Песней Соломона.
========== Глава тридцать пятая ==========
- Михал? – Пауль поймал полный муки взгляд альфы, но тот, погружённый во вселенную боли, не воспринимал окружающий его мир.
«Если принц в руках палача, то кто стоит за переворотом?» - подумал Пауль, пытаясь рассмотреть невысокую фигуру, скрытую во тьме. Блеск стали в тусклом свете светильников и последовавший за ним животный вой как магнитом притянули взор омеги к Михалу. Альфа выгнулся в своих путах и обмяк, теряя сознание.
Размеренные шаги палача нарушили наступившую тишину, он медленно выходил из тени, приближаясь к омеге. Пауль задрожал, самое страшное - это неизвестность, она выбивает опоры самообладания, рушит стены уверенности, позволяя панике затопить сознание.
- Я не боюсь зла, я не боюсь смерти, - шептал Пауль, не в силах оторвать глаз от приближающейся к нему фигуры.
Невысокий тёмноволосый юноша вошёл в круг света, запятнанная кровью некогда белоснежная рубашка плотно облегала превосходную фигуру, стройные ноги, обтянутые узкими брюками, плавная походка.
«Наложник?» - Пауль приподнялся, пытаясь рассмотреть его как можно лучше.
Перед ним стоял бета, изысканный, словно фарфоровая статуэтка, достойная восхищения, если бы не губы, испачканные в крови. Пауль не сразу осознал увиденное, но когда тонкие руки поднесли к изящному рту истекающий кровью кусок мяса и смачно откусили от плоти, старательно пережёвывая, ему стало плохо.
- Михал, - простонал омега, осознав уготованную ему участь. Неужели им всем предстоит стать жертвами каннибала? «Невозможно, этого просто не может быть!» - Пауль закрыл глаза, прогоняя подступившую тошноту.
- Во вселенной возможно всё. Плоть насыщает тело, - прозвучало в сознании Пауля. В его мысли вторгся чужеродный разум, причиняя жгучую боль. Терпеть постороннее присутствие было невыносимо, он ощущал его каждым кричащим нервом. Такое происходило только в детстве, когда он слышал неприятные звуки скольжения мокрых рук по стеклу или звук разрываемой ткани. C этим можно бороться, но не изжить до конца, оголённые нервы кричали о боли, молили прекратить пытку звуком. Пауль посмотрел на склонившуюся к нему фигуру, на плотно сжатые губы, но голос в его голове звучал вопреки безмолвию собеседника, глаза были пусты, в них больше не билась живая душа, как и лицо - просто маска без игр эмоций. Всё, что делает живое существо неповторимой личностью, стёрлось, превращая живую плоть в мёртвый биомеханизм.
«Пилигрим!»
- Догадался, - прозвучало в голове. - Ты интересный, энергию твоей плоти можно оставить и на потом.
Пауль решил не перебивать, слушать и анализировать, искать пути спасения.
- Живых так легко просчитать, сыграть на ваших чувствах, взять под контроль тело и разум. Ты особенный, тебя невозможно вычислить. Мой дар для тебя будет бесценен, вечная жизнь, миллионы лет и миров, покорённых нашим объединённым сознанием.
