Голос срывался. В памяти вспыхнули уроки ОБЖ, картинки из учебника. Что там нужно делать? Уложить ровно, запрокинуть голову, приоткрыть рот. Он прижался губами к её рту, пытаясь вдохнуть в её легкие воздух. И тут же отлетел на спину от толчка Кирса.
– Не смей, Ситесово отродье!
Сашка не обратил внимания, отмахнулся, попытался подобраться к Андре, но Кирс поднял его за шкирку.
– Оставь, придурок, я пытаюсь помочь! Она умрёт!
– Не смей к ней прикасаться!
Сашка не думал, просто сделал то, что давно хотел – со всей мочи врезал кулаком здоровой руки прямо Кирсу в челюсть. Тот упал на спину, а Сашка подлетел к Андре и опять стал делать искусственное дыхание: два раза вдохнуть, тридцать раз надавить, два раза вдохнуть, тридцать – надавить… Сашка и не думал, что всё это помнит, не знал, правильно ли делает, но остановиться не мог. Только не Андра, не сейчас, не так!
Наконец она вдохнула и задышала, не глубоко, прерывисто. Сашка с облегчением сел рядом. Оттёр пот со лба и глаз, посмотрел на пальцы и увидел, что это кровь. Андра дышала ровно, и Сашка упал рядом с ней, прикрыл глаза, нащупал и сжал её руку.
– Не вздумай умирать, – прошептал он.
Та не ответила и не шевельнулась. Лежала, не мигая глядя в небо. Главное – дышала.
Страх отступил, адреналин спал, и опять навалилась пустота. И бессилие. Что теперь будет?
Усы защекотали, и мокрый нос ткнулся в его щёку. Здоровой рукой Сашка притянул к себе дракотика и уткнулся лицом в его тёплую мохнатую шерсть. Шершавый язык лизнул его лоб. Навернулись слёзы. Вот бы открыть глаза и узнать, что этой ночи не было, что он уснул под деревом, там, на поляне, и это всё ему пригрезилось…
– Кто была та женщина? – раздался над ним голос Кирса.
Сашка не отвечал. Не хотел с ним говорить.
– Кто она? – не отставал принц.
Как же он достал!
Сашка нехотя отпустил дракотика и открыл глаза. Кирс глядел попеременно то на него, то на Андру. Сашка нехотя поднялся. Рука очень болела. Видел, что принц бесится: губы плотно сжаты, желваки играют. Плевать. Посмотрел на него исподлобья:
– Чего ты хочешь?
– Кто. Была. Та. Женщина?
– Моя мама, – едва слышно произнесла Андра.
Сашка взглянул на неё и снова увидел ту беспомощную, напуганную девчонку, которую когда-то нашёл в углу спальни. Только тогда она билась в истерике, а сейчас будто застыла: не шевелилась, в глазах ни слезинки.
– Как это? Она же… – промямлил Кирс.
Игнорируя его, Сашка протянул Андре руку, помогая подняться.
– Как ты?
Она посмотрела на него, но не ответила. И Сашка всё понял без слов, но ничего не мог сделать, чтобы хоть немного облегчить её боль. Хотелось что-то сказать, может, обнять, утешить. Но ему будто передалось оцепенение Андры, и он лишь смотрел в её глаза. Даже позабыл о боли в руке. Принцесса чуть качнула головой и отвела взгляд. Оцепенение спало.
– Что значит твоя мама? Почему она жива?
Андра вздрогнула, будто от удара.
– Оставь её в покое! – Сашка встал между ними.
Его взяла злость. Принц недоделанный! С чего он взял, что они станут отвечать на его вопросы после того, как он стоял и смотрел, как их избивают! Ладно Сашка, Атта, но Андра – его сестра! Кулаки сжались сами собой, зубы заскрежетали.
Андра будто прочитала его мысли, легко прикоснулась к его плечу.
– Саша, не надо… Я расскажу, Кирс. Потом.
Сашка не узнал её голос, хриплый, безжизненный.
– Зачем ему вообще что-то рассказывать? Знать он хочет… Какое его дело! Он же тебя предал…
– Саша…
Одного её взгляда хватило, чтобы он замолчал.
– Твоя рука. Я помогу.
Рана всё ещё кровоточила, но плечо беспокоило сильнее. Сашка вскрикнул, когда Андра разорвала рукав его рубахи. Та не обратила внимания, стала бинтовать рану. Сашка еле сдержался, чтобы не закричать, слёзы брызнули из глаз – плечо полыхало в ответ на каждое её прикосновение. Хоть бы не перелом. Сашка попытался осмотреть руку. Выглядела обычно, не кривая, опухла слегка. Главное, слушалась, хоть и плохо, даже пальцы шевелились. Вот только плечо болело.
Андра закончила и шагнула к старику. Тот сидел неподалёку, обхватив себя руками, что-то бормотал едва слышно. Каким-то чудом он пострадал меньше всех, только на затылке немного крови. Взять бы его за шкирку да тряхнуть посильнее, чтобы выдал все секреты. Но Андра лишь легко толкнула его в спину.
– Вставай…
Старик не отреагировал. Продолжил бормотать и качаться.
– Кто он? Зачем он вам? – спросил Кирс.
Как же раздражал его голос! Но старик замер, поднял голову и уставился на принца.
– Вставай! – потребовала Андра. – Ты должен отменить чары, что наложил для Нисама.
Старик затряс головой и снова забормотал невнятное.
– Туман, помнишь? Ты сотворил туман, что переписал историю, – Андра говорила с ним почти как с ребёнком.
– О чём она говорит? – пробубнил Кирс. – Какой туман?
Захотелось снова ему вмазать, но Сашка сдержался.
– Заткнись, а, – процедил он.
– Ты помнишь заклинание? – настаивала Андра. – Возможно, ещё не поздно, и мы успеем спасти маму.
Старик замотал головой так сильно, что Сашка испугался, как бы не повредил себе шею или ещё чего. Может, он вообще тронулся умом после стольких лет взаперти?
