— Милена, — мрачно буркнул я первое пришедшее на ум имя, совсем не по-девичьи шмыгнув носом и подтерев его ребром ладони. — Его сестра.
Лицо Гриворда просияло, и он так восхищенно глянул в мою сторону, что у меня внутри все похолодело.
— Миледи, — с придыханием проговорил рыцарь, потом внезапно вцепился в мою руку и облабзал ладонь. Меня чуть не стошнило. — Вы восхитительно прекрасны!
Угу, прям первая красавица. В мокрой одежде, извазюканной в грязи, со спутанными волосами, и взглядом полным омерзения.
— Я тоже рад…а, — вырвать свою руку оказалось нелегким делом, но я справился. И для подстраховки от дальнейших покушений на свою конечность, спрятал ее за спиной.
К счастью, Гриворд отвлекся от меня на Риэла.
— А знаете, — рыцарь прищурился, словно что-то высматривая. — А мы с вами раньше не встречались?
— Ну… я ж менестрель… — осторожно проговорил вор.
— Менестрель? А не вы ли играли чудесную балладу на пиру у сэра Арчибальда?! — и, судя по тому, как притих Риэл, он попал прямо в яблочко. А не то ли это было место, которое обчистил вандал, прикинувшись менестрелем? Если то, то дела у нас идут паршиво…
— А как благородный сир очутился в монастыре? — я решил отвлечь внимание Гриворда на себя, а то такими темпами крохотный мозг рыцаря все же соизволит вспомнить о Риэле. А мне этого было не надо. — Сюда же нельзя приходить мужчинам! И таким… — идиотам, — мужественным, как сир.
Алинор приосанился, ему явно понравился комплимент про мужественность, и он передо мной распушил свой павлиний хвост.
— Это, конечно, секрет, но я тут с важной миссией, — голос Гриворд понизил до полушепота, чтобы, эдак, таинственнее звучало.
— И с какой же? — я восхищенно ахнул, усиленно изображая наивную дурочку. Вроде, пока получалось. Хотя главное, чтобы Гриворд купился.
— Я охраняю миледи. Тайный приказ от самого Его Величества!
— Вы такой… важный, — я восторженно на него воззрился, Риэл недоверчиво хмыкнул, ничуть не тронутый моим спектаклем.
— Я верный рыцарь Его Величества!
Угу. Его Величеству только верных рыцарей не хватало, как какой-то даме сердца. Он же платочками не запасется для почитателей.
Значит, он здесь охраняет Ирен? Прелестно. Даже не знаю что сказать — то ли обрадоваться предусмотрительности короля, который приставил охрану своей дочери, или поразиться его глупости, раз он назначит на эту должность этого… человека. И как Его Величество добился, чтобы монахини, преданные догматам своего святого покровителя, нарушили их и добровольно, да еще на такой долгий срок впустили в свою обитель этого ненормального? Он убедил их, что это не мужчина, а деталь интерьера к обстановке в комнате принцессы? Хотя, скорее всего, Алинор получил дозволение Преосвященства, ведь только ему даровано право своими указами делать исключения из общих правил.
Гриворд мне не понравился сразу — слащавый, с глупой улыбкой и наивными идеалами, прознав про которые невольно задумываешься: “А все ли у него дома?” Если в первую встречу с этим чудом над ним можно было потешаться, благо он мог только выкрикивать оскорбления, стоя под моей крепостной стеной, то кто ж знал, что от этого него будут такие проблемы? Правильно говорят, дураки инициативны. Даже слишком. Вторая наша встреча произошла уже у меня дома, когда этот идиот проломил мне стену и, угрожая мечом, требовал умереть у его ног, дабы наконец-таки исполнить только ему ведомую справедливость и завершить его “великую” миссию. Ладно. И тогда я от него отмахнулся как от надоедливой мухи. Все же жалко было губить такой исключительный экземпляр.
Но рыцарь не успокоился и натравил на меня короля, словно обиженное дите, которое пожаловалось взрослым на мальчишку из соседнего дома, не захотевшим играть с ним в рыцаря и злодея, а потом, сломав деревянный меч, сбежал. Ай-ай, негодяй!
Честно, я думал, что после суда наши дороги больше не пересекутся, но как же я был наивен.
И что с ним делать? А если он узнает лицо своего “заклятого врага”?!
Но дальше поразмыслить о столь важных проблемах мне не дали. Алинор, словно почувствовав, что я думаю про него, вновь решил привлечь к себе мое внимание. И совсем нетривиальным образом.
— Вы дрожите! — воскликнул он, схватив в свои латные лапища мои холодные руки. Я и вправду дрожал, и, стуча зубами от холода, тайком мечтал оказаться возле камина. Да вот только проход к нему загородил этот субъект и никак не хотел сдавать свои позиции.
— Не со… — начал я говорить, как этот поборник добра с легкостью подхватил меня на руки. — что вы себе..
— Не волнуйтесь, я вас спасу! — со всей экспрессией произнес он, и, подхватив меня поудобнее, куда-то понес.
Я шокировано замолчал, пытаясь осмыслить произошедшее.
Меня еще никогда в жизни так не унижали. А пока я пытался прийти в себя и осознать тот факт, что меня только что публично поим… хм, оказали честь прокатиться на рыцаре, этот дегенерат еще и заговаривал мне зубы. Говорил, ослепительно улыбаясь, что я сейчас согреюсь в сиянии его пламенного сердца, что меня спасут и отнесут на жертвенный огонь, точнее, поднесут к камину, что я…
