— Этот младенец не помеха моему Сулейману! — с ещё большим негодованием процедила Гюльхан Султан.
— Не стоит позволять этой Эсен захватить власть. Не думайте, что она пожалеет вас или шехзаде Сулеймана. Все знают, что случилось с шехзаде Мустафой, когда Хюррем Султан лила в уши султана Сулеймана ядовитые слова. Его казнили, а её сын взошёл на престол.
— Сулеймана не могут казнить! — истерично вскрикнула султанша, едва представив подобное. — Как ты смеешь говорить подобное?
— Я лишь предостерегаю вас, султанша. Пока ещё не поздно, сделайте что-нибудь.
— Подождём. Эсен, возобладав подобной властью, обрела много врагов в самой столице. Быть может, они и без нас расправятся с ней. Всё-таки, она — всего лишь малолетняя рабыня, глупая и наивная.
Греция, где-то в Эгейском море.
Небольшой флот из двадцати пяти военных кораблей с жёлтыми парусами, на которых был изображён черный орел в красной короне, неспешно плыл в тёмно-синих водах Эгейского моря.
Эдже, гордо восседающая в широком кресле командующей, хмуро вглядывалась в тонкую полоску горизонта на стыке серого неба, закрытого тяжёлыми тучами, и синего моря. Морской ветер трепал её длинные тёмно-каштановые волосы, как и ткань её красного длинного платья, сшитого на манер Рейны Дориа. Поверх вульгарного платья были неизменные лёгкие доспехи из чёрной кожи.
Командир Артаферн, стоящий у левого борта качающегося корабля, задумчиво рассматривал её. Вышедший из каюты, Деметрий обратил на это внимание, и, ухмыльнувшись, подошёл к нему.
— В чём дело? — нахмурился Артаферн, когда тот приблизился к нему со странным выражением лица.
— Перед отплытием королева предупредила меня, чтобы я следил за тобой, — не переставая ухмыляться, ответил Деметрий. — Ей известно о том, какие отношения связывают тебя и сеньору Эдже.
— Что с того? — с вызовом бросил Артаферн, и его золотые глаза наполнились раздражением. — А мне известно, какие отношения связывают тебя и саму королеву.
— Осторожнее со словами, — процедил Деметрий, неосознанно коснувшись ладонью рукояти своего меча.
— Насколько мне известно, ты возглавляешь двенадцать рыцарей-гвардейцев королевы Рейны. За ними и следи.
— Я, как и ты, один из командиров. Я — личный советник королевы и стою над всеми вами, даже над сеньорой Эдже. Не дерзи, Артаферн. Помни, кто возвысил тебя и представил королеве.
— Вот и остался быть советовать своей королеве в военном лагере. Что тебе на корабле-то делать?
Ухмыльнувшись над хмурым лицом рыцаря, командир Артаферн вальяжно подошёл к сидящей в кресле командующей Эдже, которая явно наблюдала за течением их разговора издалека.
— Что ты ему сказал? — требовательно спросила она, одарив командира тяжёлым взглядом изумрудно-зелёных глаз.
— Неважно.
— Не ссорься с ним, Артаферн. Деметрий — правая рука Рейны и, ко всему прочему, её любовник. Если он пожелает, то в миг лишит тебя всего, и я не смогу этому помешать.
— Как вам будет угодно, командующая, — ответил Артаферн с лёгкой издёвкой.
Спустя некоторое время, когда солнце уже почти касалось горизонта, окрашивая небо в оранжевые и красные предзакатные оттенки, вдали показались вражеские генуэзские корабли.
Эдже, Деметрий, Артаферн и остальные командиры собрались в каюте, окружив круглый стол с картой, разложенной на нём. На карте в круговой позиции были размещены фигурки кораблей.
Разглядывая карту, Эдже вдумчиво смотрела на корабли, а после обвела взглядом всех присутствующих в каюте.
— Круговой строй обеспечит нам некоторое преимущество. У генуэзских кораблей укреплённые носы, но уязвимая середина. Будем бить их туда.
— Что ещё? — спросил Деметрий, внимательно её слушая.
— Ты помнишь, как королева Рейна, покидая Геную, подорвала корабли с помощью чёрной смерти? — ухмыльнулась Эдже, взглянув на рыцаря.
Деметрий согласно кивнул бритоголовой головой.
— В одном из моих кораблей припрятаны бочки с чёрной смертью. В гуще сражения пошлём ныряльщиков, которые подплывут к генуэзским кораблям, обмазанные нефтью и с сосудами с нефтью, привязанным к их спинам. Наши лучники, пустив огненные стрелы, подожгут их, что вызовет взрыв чёрной смерти, который уничтожит генуэзские корабли. Послав ныряльщиков, мы сделаем вид, что отступаем, дабы этот взрыв не задел и наши корабли.
— Неплохо, — отозвался Артаферн. — Лишь бы сработало.
— Есть кто-то, кто желает возглавить первую атаку?
Голос командующей эхом пробежался по каюте, и командиры в молчании переглянулись.
— Артаферн, первая атака за тобой, — выдохнула Эдже, одарив его долгим взглядом, в котором читалось: “будь осторожен”. — Мой корабль останется в стороне, потому как сражение выдастся весьма опасное, а обезглавить флот в первом же сражении — не самая удачная мысль.
— Как прикажете, командующая, — кивнул черноволосой головой Артаферн.
— На закате они начнут наступление. Будьте готовы.
После заката, когда небо стремительно темнело, а мерцающие звёзды постепенно усеивали его, Эдже, сидя в своём кресле командующей, напряжённо вглядывалась в ту сторону, где происходило сражение и полыхал пожар, вызванный взрывом нефти.
