– Думаешь, это я ему нужен? Тогда ты дура не хуже меня, Калей. Кука не причинил мне ни малейшего вреда, как и никому из вратокасты. Он шел прямиком за Мадирой – за той, кто представляет наибольшую опасность для Уст.
От взмахов крыльев Бессмертного Сына по спирали устремлялся вниз поток воздуха. Еще немного – и этот вихрь сдул бы Амира с моста. Мадира и Калей опирались на мечи, воткнутые в дерево. Позади них Карим-бхай юркнул за валун и вытаращил круглые, как пончики-вада, глаза.
Кука мчался в густом шлейфе черного и зеленого цвета, изумруд горел у него во лбу, как третий глаз. Запах мациса и имбиря усиливался; описав грациозную дугу, птица-зверь нацелась на Мадиру, раскрыв длинный изогнутый клюв. Молния оплетала Куку кольцами звездного света, выхватив из темноты мост над водопадом. В последний миг Мадира уклонилась и прокатилась по мосту, морщась от боли. Кука пронесся мимо и стал разворачиваться, поднимаясь над краем горы и описывая круг над ее вершиной. Его шипастый хвост вился на ветру.
Мгновение спустя Мадира хлопнула Амира по плечу:
– Уходи с моста, пока он тебя не убил.
– Я тебя не оставлю.
По лицу Мадиры пробежала слабая искра понимания.
– Я не про ту сторону, откуда ты пришел. А про другую – ту, где Иллинди.
Внезапно до Амира дошло, о чем она его просит. Он набрал в легкие воздуха и поднял взгляд к луне. Бессмертный Сын пересекал ее диск, его громадная туша целиком заслонила его на миг, после чего по небу разнесся крик. Птица-зверь во второй раз начала снижаться.
Амир побежал. За спиной он слышал шаги Калей. Добравшись до другого конца моста, он спрыгнул и приземлился в липкую грязь. Приготовился принять на себя падающую Калей, но этого не случилось. Он поднял голову и посмотрел на мост: Калей стояла над Мадирой, выставив меч, а Кука, Бессмертный Сын, пикировал на них.
Взмахнув тальваром, Калей рубанула Куку по когтю. Роговая оболочка и молния встретились со сталью. Птица взвизгнула, яростно замахала крыльями. Из туловища ее выскочила искра. Кука сел на мост, от чего все бревна задрожали, и тут же снова взмыл в небо, постреливая молниями. Мадира оттолкнула Калей:
– Уходи, я сама разберусь, чече.
С таким же успехом она могла спорить с деревянной колодой. Калей поцокала языком и встала, прикрывая тетю.
Кука сделал в воздухе обманный маневр, после чего предпринял стремительный рывок к мосту. Мадира стояла, держась одной рукой за кровоточащий бок. Когда птица раскрыла пасть и из нее выскочил разряд молнии, Мадира нырнула и откатилась. Разряд ударил в бревна. Оказавшись под птицей, женщина вскинула меч и полоснула Куку по животу. Фиолетово-зеленая кровь брызнула из раны, но зверь, в ярости от столь непочтительного обращения, используя мост как опору, развернулся и цапнул Мадиру когтем. Усиленный молнией коготь впился в тело Мадиры, выдрав клок не только кожи, но и мяса.
Калей заорала и стремительно бросилась между упавшей тетей и Бессмертным Сыном. Она метнула меч, словно копье, и он вошел птице в основание левого крыла.
Кука взревел от боли и снова оторвался от моста. Он продолжал терять кровь, а торчащий из крыла тальвар мешал подниматься. Амир зажмурился, когда тварь едва не врезалась в край водопада, но сумела-таки в последний момент увернуться и стала взбираться вверх по склону горы, как раненая рептилия.
На глазах у Амира Мадира пошатнулась. Сердце у него пропустило удар. Даже Карим-бхай высунулся из убежища.
Женщина выронила меч и закашлялась. Склонив голову, она смотрела на Калей, на губах ее играла ласковая улыбка. Потом Мадира остановила взгляд на Амире и боком повалилась с моста.
Амир раскрыл рот, но из него не вырвалось ни звука. С каждой секундой фигура Мадиры уменьшалась, пока не стала похожа на крохотную коричневую куклу, которую наконец поглотил сумрачный туман.
– Нет, нет, нет, нет! – завопила Калей.
Она подползла к краю моста и стала вглядываться в туман. В ущелье было темно, и Амир понимал, что у Мадиры нет ни единого шанса на спасение.
Сердце у него раскололось на миллион кусков. Его собственные кости вздрогнули при падении Мадиры на дно. Словно это он сам упал, словно это он выступил против Бессмертного Сына и погиб.
Он стоял, не в силах осознать, что случилось, за исключением того, что это случилось и нужно действовать. Бездействие означает смерть.
Кука разворачивался, и Амир не мог понять зачем. Мадира мертва, Уста получили, чего хотели. Однако Бессмертный Сын закладывал круг в воздухе, и молодой человек подумал, что он идет за ним. Неужели Уста так решили?
Но Кука пикировал не на него. Он нацеливался на Калей.
Блики лунного света плясали на воде, пока птица спускалась. Амир мог только смотреть. Оставались считаные мгновения. За спиной в склоне горы раскинулся темный лабиринт узких проходов, в которые твари не пролезть, и Амир понимал, что там он окажется в безопасности.
Тем не менее, когда зверь сорвался с горы и понесся книзу, Амир бросился на мост. И закричал, воздев шамшир. Бессмертный Сын, прежде не замечавший Амира, поднял клюв, уже готовый обрушить его на голову Калей.
