— Это одно из того, что я люблю в тебе больше всего, — шепчет он. — То, как твоя киска всегда ждет меня.
Мои щеки заливает жар, когда он грубо отодвигает мое белье в сторону.
— Ты нужна мне, детка. Прямо сейчас.
Я киваю, лихорадочно расстегивая его джинсы, мысли затуманены желанием. То, как он смотрит на меня, когда мои пальцы обхватывают его член, никогда мне не наскучит. В его глазах — преданность, будто весь его мир вращается вокруг меня.
Глаза Луки не отрываются от моих, когда я направляю его внутрь себя, и чистое желание, которое светится в его взгляде, лишь усиливает мою собственную жажду.
— Какая хорошая киска, — хрипло стонет он, вонзаясь в меня до самого конца. Я не сдерживаю стон, но он качает головой, его рука плотно накрывает мои губы, заглушая звук.
— Тише, малышка, — шепчет он. — Тихо.
Он трахает меня так — прижав к стене моей спальни, одной рукой закрывая мне рот, а другой удерживая под бедрами, не давая упасть.
— Еще, — умоляю я, и он убирает руку от моих губ, перехватывая обеими ладонями мои бедра. Он крепко держит меня и резко разворачивается, опираясь спиной о стену. Вместо того чтобы двигаться сам, он поднимает и опускает меня на свой член, его толчки резкие и властные. Он обращается со мной так легко, будто я ничего не вешу.
— Так? — спрашивает он, удерживая меня под слегка измененным углом. Я резко вдыхаю и пытаюсь сдержать стон:
— Л-Лука… — выдыхаю я. Он прекрасно знает, что делает со мной, когда входит под таким углом, и по его самодовольной ухмылке видно, как ему нравится смотреть, как я теряю над собой контроль.
— Я не могу… — простонала я. — Слишком…
Он входит слишком глубоко, и его движения сводят меня с ума. Каждый толчок попадает точно в ту точку, от которой у меня захватывает дух, и он знает это.
— Ты можешь, — шепчет он с уверенностью. — Ты справишься, малышка.
Его хватка на моих бедрах становится сильнее, губы прикусывают нижнюю губу, когда он ускоряет темп. Я теряюсь, когда он смотрит на меня так.
— Я… я не могу…
— Тогда кончи для меня, жена, — его голос становится жестче. — Порадуй меня моим любимым зрелищем, Валентина.
Он снова разворачивает нас, прижимая меня к стене так резко, что его член проникает во мне до самого конца именно в тот момент, когда мое тело содрогается в оргазме. Его рука снова закрывает мои губы, заглушая крики, пока я теряюсь в волнах наслаждения.
— Черт… — стонет он, опуская лоб на мой, дыхание сбивчивое. — Я никогда не насыщусь тобой. Даже когда мы будем седыми и старыми, я буду хотеть тебя так же сильно.
Мои глаза расширяются от его слов, а он тихо смеется, меняя руку на губы, целуя меня медленно, сладко.
— Я тоже не могу насытиться тобой, — признаюсь я, сердце колотится в груди.
Неужели он… неужели он правда думает о будущем со мной, не связанном только контрактом? Я даже не позволяла себе мечтать об этом.
— Вэл? — голос моей матери звучит прямо у двери, и я в панике отталкиваю Луку, глаза расширяются от ужаса.
Он тут же опускает меня на пол, и я в спешке приглаживаю одежду, стараясь придать себе приличный вид. Лука действует так же быстро, за считаные секунды натягивает джинсы и отходит на несколько шагов, принимая невинное выражение лица как раз к тому моменту, когда в комнату входит моя мать.
Она хмурится, переводя взгляд с него на меня, брови приподняты. Я стою от Луки дальше, чем это было бы естественно, и я уверена, что мое лицо пылает. Мы, безусловно, выглядим подозрительно, и я вдруг чувствую себя как нашкодивший подросток.
— Спускайтесь вниз, — резко говорит она. — Бабушка проснулась. Она хочет тебя видеть.
Я киваю, и она уходит, явно недовольная.
— Ты думаешь, она поняла? — спрашиваю я, до смерти смущенная.
Мне так нужно было это мгновение с ним, но момент выдался совсем неподходящий. Лука смеется, глаза сияют от удовольствия. Он подходит ко мне, в его взгляде снова вспыхивает то желание, от которого мое сердце начинает колотиться, и я делаю шаг назад.
— О, она точно поняла, — усмехается он, обнимая меня за талию. — Но мы женаты, детка. Все в порядке. Пойдем поприветствуем твою бабушку, пока меня действительно не выставили из этого дома.
Он целует меня, его прикосновение задерживается на мгновение, прежде чем он отстраняется, прижимаясь лбом к моему. Я хочу, чтобы мы всегда были такими. Я не уверена, что вызвало недавнее отдаление между нами, но я сделаю все, чтобы исправить это.
Я украдкой смотрю на Луку, пока Бабушка с улыбкой рассказывает ему о моих детских проделках. Воспоминания вызывают теплую, но чуть горьковатую ностальгию.
— Смотри сюда, — говорит она, показывая ему старый фотоальбом. — Она так любила эту куклу, что плакала, если кто-то пытался забрать ее. Думаю, она любила эту куклу больше, чем меня.
