В тамошней школе Эоэлла проучилась почти четыре цикла и продолжала бы дальше. Но случилось так, что Старшая наставница Адриэлна появилась у них по каким-то своим делам. Она побеседовала с Эоэллой, которую ей представили как лучшую ученицу, и пригласила ее в свою школу, в Элизиум третий. Во всем Эдеме немного нашлось бы учебных заведений столь же известных. Отказаться мог только глупец, а к таковым Эоэлла себя не причисляла. Есть поступки, которые определяют жизнь на ближайший час, есть – на неделю, месяц, год, а бывают такие, что переворачивают всю жизнь. Жаль только, что мы не всегда умеем различать их. Иногда случится какая-нибудь мелочь, на которую сначала и внимания не обратишь, а она тянет за собой другое, третье. Оглянуться не успеешь – судьба уже сделала крутой поворот.
Новая школа ей понравилась. Хоть и небольшой, но собственный домик, птица, что прислуживала ей, новые подруги. Да и уровень преподавания в здесь был намного выше, чем в Аменти. Эоэлла недоумевала, почему мать сразу не послала ее сюда.
* * * * *
Внутри школы царила необычная тишина. Все ходили бесшумно и разговаривали шепотом. Позже, когда все закончится, здесь будет гам и столпотворение.
Эоэллу встретила сама Адриэлна с двумя помощницами, необычно молчаливыми и серьезными. Ее проводили в небольшую, совершенно пустую комнату, где должен был проходить экзамен. Неподалеку в таких же комнатах ожидали и нервничали приглашенные к испытаниям ученицы.
– Испытуемая Эоэлла! – послышался голос, шедший, казалось, со всех сторон. – Готова ли ты?
– Готова! – ответила Эоэлла.
– Задание. Перед тобой будет праведник по меркам своего народа. Нужно провести вознаграждение: сделать так, чтобы он был счастлив. Мысли, чувства и желания можно прочесть в его душе.
И это все? Эоэлла ожидала чего-то более трудного. Мало ли что могут придумать магистры. А тут такое обычное воздаяние…
Комната исчезла. Эоэлла оказалась на каменистой равнине, освещенной светом низкой красноватой луны. Рядом в небо уходили ступени черной пирамиды. А перед ней стоял человек. Невысокий, с голым выбритым черепом и крючковатым носом, напоминавшим скорее клюв хищной птицы. Очень худой, чего не могла скрыть даже висящая на плечах бесформенная накидка.
Эоэлла всматривалась в красноватое обветренное лицо незнакомца с татуировками в виде спиралей. Пора было начинать. Она осторожно потянулась к его разуму. Первое – проводник. Почти во всех верованиях праведника к вратам рая должен кто-то сопровождать. У викингов, к примеру, валькирия. А здесь?
– Хочитональ, – прошептал незнакомец. – Хочитональ!
Очень хорошо! Он сам позвал проводника, это облегчает задачу. Эоэлла обратилась в огромного крокодила, потихоньку ругаясь про себя на фантазию этих людей. Все эти рептилии и пауки были ей неприятны и ничего поделать с собой она не могла. Главное, чтобы у экзаменаторов, внимательно следящих за каждым ее движением, не возникло даже тени сомнения, что для нее есть какая-то разница – быть ли ей крокодилом или райской птицей. Сделав знак «Следуй за мной!», она грациозно поползла к входу в первую пустыню. Человек двинулся за ней. Начиналось самое главное – она должна прочесть в его душе, что он совершил в своей жизни и каким должно быть вознаграждение. Впереди восемь пустынь, времени более чем достаточно.
Так они шли – крокодил и человек – и не было в мире ни единого звука, кроме шороха их шагов. Вторая пустыня уже исчезала, и Эоэлла забеспокоилась. Вначале она привычно попыталась войти в контакт с душой идущего за ней человека. Ничего не получалось. Еще, еще раз. Безрезультатно. Словно душа этого человека покрыта прочным костяным панцирем. Раньше с таким явлением она не встречалась. «То, что нельзя сломать, можно растопить», – вспомнилось девушке. Эоэлла коснулась панциря, отдавая ему свое тепло. Сначала ничего не происходило, потом преграда стала подаваться, таять, исчезать. Вот она, открытая душа незнакомца! Не будь Эоэлла в облике крокодила, сейчас бы она стерла рукой со лба обильный пот. Четвертая пустыня… время еще есть.
Теперь душа незнакомца лежала перед ней, как открытая книга. Но чем дальше она ее читала, тем больше чувствовала, как холодеет у нее внутри. У этих людей не было понятия воздаяния, как не было и представления о грехе! Посмертие же они представляли в виде системы миров, сложно связанных друг с другом. Как она может провести вознаграждение и дать этому праведнику ощущение счастья, если он даже такого понятия не знает?! Да и праведник ли он? Эоэлла всмотрелась в память его души и содрогнулась. В другом, более привычном ей мире, он был бы страшным грешником, и даже чудовищем. Она попыталась дать ему хотя бы чувство покоя, но не успела. Человек внезапно выкрикнул что-то гортанное, выхватил из складок одежды каменный нож и… что есть силы вонзил его себе в сердце. Она ожидала чего угодно, только не этого. Это был провал, катастрофа.
