Гете и сам порой заигрывал с мыслью о самоубийстве. «Заигрывал» – это слово употребил в книге «Жизнь Гете» Джордж Генри Льюис (даже теперь, спустя сто лет, книга читается с интересом), и, я бы сказал, употребил верно. Правда, в автобиографии, написанной пятьдесят лет спустя, Гете заявил, что испытывал настоящие муки и страшное искушение покончить с собой; никто не знал, скольких усилий ему стоило не поддаться. Рискну предположить, что, как и все люди, в том числе и выдающиеся, вспоминая прошлое, он вполне мог преувеличивать. Молодой Гете был силен духом, отличался живостью и добродушием нрава, но, как многие другие, расплачивался за то периодами депрессии. Одно время он клал у изголовья кинжал и подумывал о том, как вонзит его себе в сердце.
Конечно, подобные фантазии посещают многих молодых людей в минуты уныния. Гете слишком любил жизнь, чтобы с ней расстаться. А чувства, которые им то и дело овладевали, можно было с успехом использовать для описания переживаний своего героя. Наконец он начал писать роман и прибег к эпистолярному жанру, ставшему популярным благодаря произведениям Ричардсона и «Новой Элоизе» Руссо. Начинающему беллетристу легче всего писать именно так. Теперь этот жанр не в моде, но у него есть свои достоинства, из которых не последнее – убедительность излагаемых фактов в глазах читателя.
Сюжет «Вертера» можно рассказать в нескольких строках. Молодой человек приезжает в некий город (разумеется, Вецлар) и на сельской вечеринке знакомится с красивой барышней. Он влюбляется, узнает, что она уже просватана, и все же любит ее до безумия и с трудом заставляет себя уехать. Через некоторое время возвращается, влекомый чувством, и обнаруживает, что она замужем и счастлива. Страсть не уменьшилась, напротив, лишь усилилась и поглотила его полностью: теперь ничто в мире, кроме нее, не имеет значения. Наконец, поскольку надеяться ему стало не на что, а жизнь без возлюбленной сделалась невыносимой, он застрелился. Роман, хотя и достаточно короткий (его можно прочитать за пару часов), состоит из двух частей. Книга первая завершается отъездом Вертера, а вторая начинается с возвращения и оканчивается смертью.
Первая книга, как увидит читатель, прочтя мой рассказ о пребывании Гете в Вецларе, довольно точно описывает реальные события. Гете наделил Вертера собственным обаянием, веселостью, чувством юмора, восприимчивостью, простотой обращения и любовью к природе. По сути, то был очень привлекательный автопортрет. Гете сочинил идиллию, проникнутую поэзией долгих летних дней и лунных ночей в прекрасной сельской местности. Вы понимаете, как добры и честны ее простые обитатели; у вас возникает ощущение Gemütlichkeit[82], присущего старинной Германии. Вы сочувствуете Лотте (Гете дал своей героине имя Шарлотты Буфф) – такой доброй, нежной, милой и такой прекрасной хозяйке. Вы сочувствуете ее терпеливому и спокойному нареченному, которого Гете назвал Альбертом, и сочувствуете Вертеру с его безнадежной любовью.
Первая книга восхитительна. Она явно автобиографична. Вообще автобиографическое повествование, написано ли оно от первого лица, или от третьего, искажено неисцелимой фальшью. Фальшь не в том, что автор старается вывести себя более умным, смелым и привлекательным, чем в действительности, более одаренным или красивым; это его право, ведь он пишет беллетристику, а не исторический очерк. Фальшь в том, что он опускает одну из важнейших черт, определяющих его личность, – свои творческие способности. Дэвид Копперфилд, например, стал писателем, притом успешным, но это не главный элемент повествования, а случайное стечение обстоятельств. Несмотря на место, которое оно занимает в истории, рассказанной Диккенсом, Дэвид мог вполне стать чиновником или учителем. Известно, что, когда Гете был в плачевных обстоятельствах, или чувствовал себя несчастным, или его мучила совесть, за утешением он обращался к поэзии. Иоганн имел склонность безумно влюбляться в любую очаровательную девушку, однако его ум занимали пьесы и стихи, и, думаю, для его сердца они значили больше, чем бурные, но эфемерные страсти. Может, он даже слегка досадовал на вмешательство любви в то, что считал главным своим занятием, – творчество.
Вертер, выведенный в первой книге, не испытывает побуждений к самоубийству. Он человек общительный, приятный, но довольно поверхностный. Когда он наконец заставляет себя покинуть Вецлар и Лотту, то ищет утешения у друзей, в писании стихов и в новой любви. То есть делает именно то, что и сам Гете.
