По факту, перед ней мокли под дождём банальные корпоративные «красножетонники», пусть почему-то предпочитающие скрываться под маской анонимности. Она не умела читать мысли, потому в этих вопросах её таланты не помогали, но Ромул не стал бы юлить, он бы сказал своим людям разговаривать с ней прямо. Все эти игры в «вы просто свидетель, не беспокойтесь», фу.
А раз так, что ж, в её планы не входило сотрудничать с корпоративными крысами, чтобы они там себе ни думали, и каким бы чудом они не узнали о том, кто она и где она. Впрочем, опять же, Ромул не стал бы ей и угрожать оружием.
Пора было заканчивать это шапито. Жаль, ей нравился «Коломб волант», она успела сродниться с этим странным местом.
На этом она медленно (очень медленно!) стала поднимать левую руку в сторону ближайшего ле гар. Столь же плавно пальцы её сжались в кулак, и только указательный остался выпрямленным, медленно (очень медленно!) направляясь прямиком в чёрный мокрый лоснящийся лоб инопланетной жужелицы из старого ужастика. В лоб тому, кто посмел обратиться к своей госпоже без её особого дозволения.
Красные огоньки целеуказателей снова дрогнули, но на этот раз не стали разбегаться, а наоборот, потянулись к ней со всех сторон, половчее пристраиваясь — между глаз, в сердце, под ключицу, в шею. Кто-то особо шаловливый нацелился в пах, гадёныш.
Как бы она их не пугала, даже теперь она оставалась дивой из див, королевой вуайеристского жанра. Она бы поставила хорошие деньги на то, что у всех этих омм разом встал, а у фамм помокрело между ног. За агендеров и небинарных людей не поручишься, но и они наверняка остались не в накладе.
Хватит.
Её указательный палец резко согнулся, нажимая на невидимый спусковой крючок.
Огненный дождь тут же обрушился на неё со всех сторон, яростный, неудержимый.
Вырывая из тела куски плоти, разбрызгивая кровь багряным аэрозолем.
Это запечатлели все камеры наблюдения в округе.
Как зафиксировали они и дымящееся дуло пистолета в её вытянутой руке.
Она успела разнести череп четверым или пятерым, прежде чем её отбросило прочь прямыми попаданиями.
Дива есть дива. Даже тут ей удалось произвести впечатление на своих зрителей.
Они ей поверили, как поверили до этого миллионы далёких жётемов.
Спустя полчаса она уже садилась в кабину трансконтинентального экспресса, забрав с собой пару сменных вещей в дорогу и коробку с флэшками.
Как же они всё-таки её нашли?
Она обязательно выяснит. Но сейчас её волновало другое. Вновь приближаются чёрные иды. А значит, скоро она будет избавлена от бремени лишнего знания, память о десятках миллионов чужих ей людей покинет её бренное сознание и понесётся прочь, туда, далеко, за грань пустоты.
Она же вновь продолжит наблюдать.
С самого утра разорались петухи, бери да вставай. А за ними, знамо дело, принялись брехать вечно голодные хозяйские собаки, тоже выклянчивая еду.
Порядок заведённый, солнце над горами в Гиркарвадо встаёт рано, рыбаки местные — ещё раньше, потому вся живность в деревнях вдоль всего побережья на юг от Махаращтры почитай круглый год, с перерывом на мунсун привыкла вставать ни свет ни заря, мешая лонгстеерам налёживать, хоть спать вообще не ложись.
Оно и правда удобно — ночью с океана тащит прохладой, от рашн бич музыка доносится, сиди себе гамай в виртреале, тогда как днём прям с утра наступает жара, на улице вообще нечего делать, да и тихо кругом, только коровы бродят да вёдра с гайками вокруг них погромыхивают.
Франтишек днём обычно ложился досыпать, как вернёшься утром с пляжа, держа под мышкой пару хвостов свежепойманной на спиннинг макрели для мамки, смоешь с себя соляную пыль, да и на боковую. Кому день, а кому и самая ночь, только ставни закрой за кондей вруби на полную силу — уж больно прижаривает в полдень-то.
Заведённый этот порядок, впрочем, сегодня нарушился. Как назло со вчера весь день словно заговор какой — башка трещала. И не поспать толком, и виртреал побоку. Провалялся до обеда на одном боку да и встал чо там по плану делать. Тесты дурацкие поделал, учителю, несмотря на часовой пояс, сразу отписался, а там и обед поспел.
Мамка готовит знатно — пирог с кингфишем, пенни с маслом, гарлик наан только из тандури, гуакомоле со сладким перцем, ромболлы на сладкое, пускай и без рома, потому что не положено. Ешь от пуза.
Мамка у Франтишека заботливая, не хуже других. Еды приготовит, нос утрёт, портки постирает. А за одно и пилить за странный график не будет, благо речевой модуль он у неё подрезал ещё в том году. Стоит теперь в режиме ожидания, как истукан, да помалкивает.
С другой стороны, а чего выступать — дитятко в кои-то веки вовремя поело, уроки сделало, всё согласно местной странной получасовой таймзоне, а что ходит со вчера смурное да за башку хватается, оно уже не мамкино дело, пусть с этим специалисты вопрос решают.
