— Мы всё видим. И я сам тоже вижу. Но мне казалось, что у тебя должно быть достаточно сведений по собственным каналам, чтобы самой догадаться, что Корпорация, мёртвая ли, живая ли, к этому не имеет никакого отношения. Наша цель не менялась. Идёт обратный отсчёт, человечеству девяносто лет спустя предстоит столкнуться с величайшей угрозой самому его физическому существованию, и мы не можем распылять сейчас наши силы, расходуя их на посторонние задачи. Мы на самом деле ушли в тень. Мы на самом деле сосредоточены на единственной цели. Ты спросила меня — к чему мы готовимся. Мы готовимся к вторжению. Больше нас ничего не беспокоит.
«Фанатики, чёртовы фанатики».
Цель прошептала это одними губами, но ему удалось расслышать эти слова так же отчётливо, как если бы она их прокричала.
Расслышал их, разумеется, и её собеседник.
— Мы не фанатики, Лилия. В этом главная наша проблема.
— Главная ваша проблема в том, что вы слепые и глухие идиоты!
Цель принялась яростно расхаживать туда-обратно, периодически воздевая руки, так что даже красная стрелка внутри него начинала плясать, беспокоя моторику, готовую в любой момент сорвать его тело с места.
Но цели до его беспокойств не было, разумеется, никакого дела. Ей нужно было выговориться.
— Ты всё твердишь, что вы просто следуете плану, но я вижу другое. По всей Сол-системе разрозненные и никому не подконтрольные группы аккумулируют в своих руках существенную огневую мощь в людях и технике. Технологии глубокой аугментации, раньше жёстко контролировавшиеся высшим руководством Большой Дюжины, сейчас можно купить на чёрном рынке пусть за немалые, но всё-таки не астрономически большие кредиты. В закрытых компаундах тут и там вообще непонятно, что творится. Мои люди уже полгода пытаются попасть на одну из донных баз на срединно-атлантическом хребте — бесполезно.
— Так вот что тебя беспокоит, в кои-то веки ты чего-то не знаешь. И за этим ты пришла ко мне? Ты уверена, что я тот, кто тебе нужен?
— Я точно знаю, что обратилась по адресу. Ромул и Улисс — оторванный ломоть, они ни в коем случае не соизволят переступить через собственную гордость и согласиться, что хоть что-то на этой несчастной планете вышло из-под их контроля. Как же, ведь человечество крепко подсажено ими на иглу, не сорваться. Чёрные иды, так это называется?
— Ты прекрасно знаешь, что смерть Матери была неиз…
— Да прекрати ты оправдываться! — цель разом остановилась, сжав кулаки в приступе ярости. — Просто! Прекрати!
Она дышала так, будто сердце готово было сейчас же вырваться у неё из груди.
— Вы сделали это! Вы убили её, заменив подделкой. Песня Глубин, да? Но я-то помню, как было дело!
— Допустим. Но что ты предлагаешь, оставить всё, как есть? Пусть сотнями тысяч выбрасываются из окон в очередные чёрные иды? Ведь ты же понимаешь, что они никуда не денутся?
Цель в ответ лишь яростно тряхнула головой.
— Теперь уже поздно что-то исправлять. Но вам нужно быть втройне осмотрительными. Эта толпа осиротевших безумцев, которую именуют человечеством, в любой момент может пойти вразнос, не дожидаясь, пока истечёт время вашего долбаного Предупреждения!
— И снова, допустим. Но мы не в состоянии…
— Да всё вы в состоянии!
— Но мы не в состоянии, — настаивал на своём механоид, — контролировать на этой планете всё и вся. У нас просто не хватит на это ресурсов. С тех пор, как была уничтожена Корпорация, наши силы целиком уходят на постройку дальнего флота и оборонительных комплексов на подходах к внутренним планетам. Это всё, что мы можем сделать.
Но цель уже его не слушала. Остекленевшие глаза выдавали в ней какую-то драматическую работу, которая в эти мгновения происходила у неё в голове.
— Флот. Так вот оно что.
Цель подошла к кукле и заглянула ей в глаза.
— Вы всё-таки не оставили попыток воспроизвести излучатель?
— Воспроизвести то есть скопировать? Нет, на текущем технологическом уровне это невозможно. Но существует другой подход. Нашим учёным удалось создать форк его замыкания, так что ядро излучателя теперь питает одновременно все наши флагманы.
— Нет-нет-нет, — забормотала цель в ответ, как бы не веря своим ушам, — вы не можете быть такими идиотами. Где сейчас излучатель, всё ещё на Церере?
— Ты прекрасно знаешь, что я тебе не могу это ни подтвердить, ни опровергнуть.
— Да пошёл ты со своими опровержениями, Урбан! Как Ромулу вообще хватило ума выпустить эту мощь из-под контроля?
— В этом вся красота задумки — форк делит общую энергонагруженность излучателя между различными замыканиями…
— Чушь собачья! Тот, кто контролирует сам излучатель, контролирует всё!
И тут её как будто, наконец, осенило.
— А, так вот, в чём дело. Как же я сразу не догадалась. Ромул боится, что если вмешаться, весь его грёбаный план пойдёт к чёрту! Тик-так, тик-так, да? Время истекает!..
— Мы не можем успевать везде, ты же знаешь, как нас мало. Мы обязаны полагаться на своих людей.
— А почему вас так мало, ты не задумывался? Ведь когда-то Корпорация наравне с Большой Дюжиной боролась за полноценный контроль над Матушкой, у вас людей было больше, чем кратеров на Муне!
