Щелчок зажигалки, синее пламя зажигает двадцать свечек на поздравительном торте в форме саламандры.
Все собрались в большой гостиной шале Бенджамина.
У Алисы – ей скоро стукнет восемьдесят – седые волосы и лицо в морщинах. Она сидит слева от Бенджамина, который чуть старше ее, но поседел уже давно. Справа от него сидит Офелия, ей скоро пятьдесят, дальше ее партнер Джонатан и их сын Захария, статный двадцатилетний красавец. Все они собрались, чтобы отпраздновать двадцатилетие Аксель.
У девушки-гибрида с полупрозрачной кожей, символа Огня, огромные золотые глаза, подведенные сейчас черным карандашом. Ее густые рыжие волосы с темными кончиками падают на плечи. На шее у нее кулон в виде животного, служащего ее символом, – аксолотля. Ее черно-желто-красное платье символизирует живой огонь.
За последние десять лет после той встречи с медведем у девушки-саламандры часто отпадали, но неизменно снова отрастали конечности и органы.
Нарезая лук, она отхватила себе палец, после падения при спуске на лыжах с горы ей ампутировали ногу. Она даже отрезала себе ухо, изображая в детском спектакле Ван Гога, и весело смеялась, пугая этим ухом окружающих. Алиса даже порой беспокоилась, нет ли чего-то нездорового в ее постоянном желании что-нибудь себе откромсать, чтобы доказать другим, что эта часть тела непременно отрастет.
Аксель берет нож и лопаточку для торта, аккуратно вырезает кусок торта из «груди» торта-саламандры, отламывает «сердце» и подает Захарии.
– Сие есть тело мое, сие есть кровь моя, – произносит она шутливо и протягивает ему бокал с шампанским.
Она раздает куски торта всем остальным, оставив себе «голову» саламандры.
– Слово виновнице торжества! – требует рыжий молодой человек, желая поддеть сестру.
– Всему свое время. Сначала насладимся замечательным тортом, шедевром нашего непревзойденного шеф-повара Бенджамина. После этого я преподнесу вам сюрприз…
Все, жмурясь от восторга, лакомятся тортом. Алиса не отрывает взгляд от окна, за которым раскинулась деревня, размышляет о проделанном пути и о нынешнем положении.
За прошедшие годы доля Ариэлей в населении Валь Торанса значительно выросла, почти сравнявшись с долей Сапиенсов. Такова была воля старика президента Легитимуса, и правитель Ариэлей Гермес не пошел ему наперекор. Оба они наблюдали за демографическим ростом своих общин и старались избегать перекосов. Так было достигнуто полное равенство. Им удалось сохранить и закрепить уважение и взаимодополняемость двух народов.
Как говорит Бенджамин, «майонез дошел до консистенции», имея в виду чудесную смесь растительного масла и яичных желтков, обеспечивающую успех этой волшебной субстанции.
Сапиенсы помогают Ариэлям – у них ловчее руки. Ариэли помогают Сапиенсам – благодаря их крыльям перестают быть преградой любые расстояния. Вместе Сапиенсы и Ариэли завладели всеми окрестными городками и деревнями. Обосновавшись там, пары начинали приносить потомство, населенные пункты развивались, расширялась подконтрольная территория.
Принцип заключается в том, что где угодно, в деревне или в городе, равное количество Ариэлей и Сапиенсов. Так сохраняется то, что Алиса называет «равновесием между небом и землей».
Соблюдая соглашение, заключенное некогда на Эйфелевой башне, они никогда не нарушают границу, пролегающую в ста километрах от подножия гор, чтобы не иметь проблем с передовыми колониями Диггеров.
Алиса наблюдает за Аксель. Единственный представитель огненной стихии, молодая женщина-саламандра стала популярной и у Сапиенсов, и у Ариэлей.
Когда все получают по второму куску торта, Захария опять переходит в наступление:
– Ты больше не отвертишься! Все хотят услышать речь виновницы торжества. Главное, чтобы обошлось без твоих сюрпризов! – насмешливо добавляет он.
