После поездки в «Спринг Бэй» наши с Хэмом отношения развивались со скоростью выстрела. Он вернулся к работе и появлялся в моей жизни лишь по вечерам, замученный и уставший, но это не мешало нам наслаждаться друг другом. Почти все время я ночевала у него дома, в квартире в Виста дель Мар, откуда открывалась панорама на океан. Мы завтракали ни свет ни заря после бурной ночи, после чего он оставлял меня одну и мчался по своим важным делам, в которых я ни черта не смыслила.
Мы встречались три недели, но ключи от его квартиры уже звенели в моей сумочке, а моя зубная щетка, пижама, пара вещей и ноутбук перекочевали в его просторные владения. Мне нравилось работать из «нового офиса» за столиком у окна, где я могла каждую минуту наслаждаться видом волн, набегающих на пляж Оушен Бич.
Дейзи испытывала смешанные чувства к моим постоянным отлучкам и ночевкам у Хэма. Она выпучивала губку, обижаясь, что я стала уделять ей мало внимания, но в то же время радовалась, что я была счастлива. Пару раз она осторожно спрашивала, не слишком ли мы торопимся с Хэмом. За три недели сложно узнать человека настолько хорошо, чтобы начать перевозить к нему вещи. Но мне казалось, что я знаю Хэма всю жизнь.
– К тому же ни о каком переезде и речи не было. Я просто для удобства захватила кое-что из дома, и все.
Но Дейзи скептически пожимала плечами, видя в наших отношениях что-то большее, нежели я сама.
Мне нравилось бывать у Хэма. Здесь я чувствовала себя как дома, хоть все и кричало о том, что сюда давно не ступала нога женщины. Это мне даже льстило. Раз Хэммонд Блумдейл впустил меня в свою холостяцкую берлогу, значит, он относится ко мне серьезно.
Правда, порой становилось одиноко, и я, расправившись с делами по работе, слонялась по комнатам, изучая Хэма по его вещам. Любопытствуя, я узнала, что Хэм любит читать триллеры и детективы про адвокатов, хотя не понимала, когда он находит на них время. Полки в домашнем кабинете были уставлены романами Джона Гришэма и Майкла Коннелли. Когда становилось совсем скучно, я заимствовала что-нибудь из его библиотеки и устраивалась в гостиной с кружкой кофе. У Хэма был самый вкусный кофе из тех, что мне доводилось пить в гостях. Я изрядно подчистила его запасы кофейных зерен, а когда начинала переживать, что он будет недоволен, в кухне как по волшебству появлялась новая упаковка.
Наши безумные и неповторимые свидания превратились в тихие домашние вечера. Пусть мне немного не хватало того ощущения приключений, что мы пережили за первые две недели, я понимала, что Хэм не сможет удивлять меня вечно. К тому же все свободное время, которого было не так уж много, он проводил со мной. Это лучший подарок из всех.
В офисе я так и не появилась, но никто из «Времени любви» меня не хватился. Лишь Джессика настойчиво напоминала мне о том, что я бы давно уже должна была выслать ей записи о свиданиях, которые были запланированы на неделю. Пришлось подчиниться.
Это не могло быть совпадением. Но как только я переслала ей документ на почту, сразу же все пошло наперекосяк. В преддверии важного решения Лидии на меня свалился ворох проблем.
В среду позвонил Джейкоб Хаммер, мой первый клиент, с которым уже успели установиться дружеские отношения. Он сообщил, что в ресторан, где я организовала им с Сабриной тринадцатое по счету свидание, нагрянула команда дезинфекции, и менеджеру пришлось закрыть заведение. Я позвонила девушке, с которой договаривалась о брони столика для Джейкоба, но она не смогла мне толком объяснить, что произошло.
– В службу дезинфекции поступил тревожный звонок о том, что у нас на кухне видели тараканов, – сообщила сотрудница. – Не могу понять, как такое возможно, ведь мы соблюдаем все нормы гигиены. Специалисты не нашли никаких признаков присутствия тараканов, уверяю вас. Но пришлось закрыть ресторан, чтобы провести профилактическую чистку.
Она еще несколько раз извинилась, прежде чем повесить трубку.
Всякое случается. Я спасла свидание Джейкоба и Сабрины, подсказав им классное местечко «Шервуд» всего в двух шагах от тараканьего ресторана.
На следующий день было назначено сразу три встречи. И две из них были под угрозой срыва.
Правило номер шесть из устава компании гласило, что date-менеджер обязан быть на связи 24 часа в сутки, поэтому недовольные клиенты сразу звонили мне. В пять пятьдесят раздался звонок от Харрисона Белвью, который – к моей глубокой радости – встречался с одной и той же девушкой уже в седьмой раз. Впервые за все время он пожелал чего-то более оригинального, нежели типичное поедание блюд и пикантное продолжение банкета в одних из его апартаментов.
