Карла сделала глубокий вдох и закрыла глаза. По крайней мере, Джейк жив.
– Можно мне остаться на ночь?
– Конечно. Вам поставят раскладную кровать.
Он толкнул дверь в палату, они вошли. Увидев мужа, Карла чуть не упала в обморок. Верхняя часть головы Джейка, начиная от бровей, была забинтована, подбородок тоже. Нос был расчерчен черными полосками швов. Припухлости вокруг глаз соревновались размерами с куриными яйцами. Раздутые губы пугающе алели. В рот была вставлена трубка, над головой висели две капельницы. Карла с трудом сглотнула и взяла его за руку.
– Джейк, милый, я здесь. – Она поцеловала его в щеку – в маленькое открытое местечко.
Он закряхтел и попробовал улыбнуться.
– Привет, детка, ты в порядке?
Ей тоже пришлось улыбнуться, хотя слезы застилали глаза.
– Давай сейчас не волноваться за меня. Я здесь, и ты поправишься.
Джейк пробормотал что-то, пошевелил ногой и застонал.
– Его сильно ударили между ног, и отек спадет нескоро.
Слыша их разговор, Джейк вдруг отчетливо произнес:
– Эй, детка, может, позабавимся?
– Нет, придется пару дней подождать.
– Проклятье!
Карла надолго стиснула ему руку и уставилась на бинты. Из ее глаз потекли слезы. Джейк задремал, и доктор Макки указал кивком на дверь. В коридоре он сказал:
– У него сотрясение мозга, оно требует наблюдения, поэтому два дня Джейк пролежит здесь. Не думаю, что это серьезно, но без наблюдения пока не обойтись. Если хотите, оставайтесь, однако необходимости нет. Все равно вы ничем не поможете. Он скоро уснет.
– Я останусь. Ханна побудет у его родителей.
– Хорошо. Мне ужасно жаль, что так произошло, Карла.
– Спасибо, доктор Макки.
– Джейк выкарабкается. Неделю-другую будет больно, потом полегчает. Все могло быть гораздо хуже.
– Спасибо.
Примчался Гарри Рекс. Медсестра не позволила ему пройти, и он осыпал ее проклятиями. Выбегая из дверей, он пригрозил засудить ее.
Уже наступила полночь. Вот уже более часа Джейк не издавал ни звука. Карла, босая, но в джинсах, набросала на шаткую раскладушку подушек и читала журналы при тусклом свете настольной лампы. О людях, напавших на ее мужа, она старалась не думать, просто понимала, что это связано с Кофером. Пять лет назад Ку-клукс-клан спалил их дом и стрелял в Джейка перед судом во время процесса Хейли. Три года они прожили вооруженными, соблюдая особые меры безопасности, потому что угрозам не было конца. Сейчас ей не хотелось верить, что этот ужас вернулся.
Что у них за жизнь? Джейка запугивали сильнее, чем любого другого адвоката. Почему все это выпало именно им? Почему ее мужу достаются опасные дела, на которых ничего не заработаешь? Двенадцать лет они выбивались из сил, экономили, мечтали о прекрасном будущем. Джейк отличался титанической работоспособностью и решимостью преуспеть в качестве яркого судебного адвоката. Уж очень он был честолюбив, слишком неистово мечтал о том, чтобы потрясать присяжных и добиваться громких вердиктов. И ничуть не сомневался, что рано или поздно заработает много денег.
И что? Посмотрите на них сейчас! Муж зверски избит. Его адвокатская практика стремится к нулю, зато долги громоздятся до небес.
Месяц назад, на пляже, ее отец, улучив момент, когда Джейка не было рядом, снова тихо повторил, что мог бы подыскать Джейку местечко в финансовой сфере. У него были друзья-инвесторы, большинство из них работающие пенсионеры, подумывавшие о создании совместного фонда для капиталовложений в больницы и в производство современного медицинского оборудования. Не очень понимая, что все это значит, Карла не стала пересказывать Джейку разговор с отцом. Она хорошо поняла одно: это повлекло бы переезд в район Вильмингтона и полный переворот в его карьере. Отец даже намекнул о ссуде для облечения перемен в их жизни. Знал бы он, как глубоко они залезли в долги!
Кто спорит, жить около пляжа было бы гораздо легче.
Порой у них с Джейком возникали разговоры о монотонности жизни в маленьком городе. Все одно и тоже, старые знакомые, отсутствие внятной социальной жизни. На выставку или спортивное соревнование приходилось час ехать в Оксфорд или в Тупело. Карле нравились их друзья, но наскучила постоянная игра, у кого больше дом, красивее машина, сексуальнее отпуск. В маленьком городе была принята взаимопомощь, однако это сопровождалось чрезмерным любопытством к чужим жизням. Два года назад, когда они переплатили за Хокатт-Хаус, Карла почувствовала заметное охлаждение в отношениях с двумя подругами. Те решили, похоже, что Брайгенсы слишком быстро штурмуют вершины, оставляя позади остальных. Если бы они только знали…
От снования медсестер в палату и из палаты было невозможно заснуть. Не способствовали сну и мониторы: слишком яркие, попискивающие. На Джейка все это не действовало, спасибо снотворному.
