| When he prophesied to his old cronies, in the Moosehorn Saloon, that within five years town lots in Dawson could not be given away, while the cabins would be chopped up for firewood, he was laughed at roundly, and assured that the mother-lode would be found ere that time. | Когда он предостерегал своих старых друзей, сидя с ними в салуне Лосиный Рог, что через пять лет в Доусоне не найдется покупателей на земельные участки, а хижины будут разобраны на дрова, все смеялись над ним: никто не сомневался, что за это время откроется жильное золото. |
| But he went ahead, when his need for lumber was finished, selling out his sawmills as well. | Но Харниш не давал сбить себя с толку, и когда он перестал нуждаться в лесе, продал и свои лесопилки. |
| Likewise, he began to get rid of his scattered holdings on the various creeks, and without thanks to any one he finished his conduit, built his dredges, imported his machinery, and made the gold of Ophir immediately accessible. | Отделался он и от всех участков, разбросанных по ручьям, и своими силами, ни у кого не одолжаясь, достроил трубопровод, установил драги, выписал машины и приступил к разработкам на Офире. |
| And he, who five years before had crossed over the divide from Indian River and threaded the silent wilderness, his dogs packing Indian fashion, himself living Indian fashion on straight moose meat, now heard the hoarse whistles calling his hundreds of laborers to work, and watched them toil under the white glare of the arc-lamps. | Пять лет тому назад он пришел сюда через водораздел из долины Индейской реки по безмолвной пустыне, навьючив свою поклажу на собак, как это делают индейцы, и, как они, питаясь одной лосятиной; теперь хриплые гудки возвещали начало работы на его рудниках, и сотни рабочих трудились в ярко-белом свете дуговых ламп. |
| But having done the thing, he was ready to depart. | Но свершив задуманное, он стал готовиться к отъезду. |
| And when he let the word go out, the Guggenhammers vied with the English concerns and with a new French company in bidding for Ophir and all its plant. | Как только весть об этом распространилась, Гугенхаммеры, английский концерн и недавно учрежденная французская компания наперебой стали предлагать Харнишу купить у него Офир и все оборудование. |
| The Guggenhammers bid highest, and the price they paid netted Daylight a clean million. | Гугенхаммеры давали больше, нежели их конкуренты, и Харниш продал им Офир, нажив на этой сделке миллион. |
| It was current rumor that he was worth anywhere from twenty to thirty millions. | По общему мнению, его капитал достиг теперь двадцати, а то и тридцати миллионов. |
| But he alone knew just how he stood, and that, with his last claim sold and the table swept clean of his winnings, he had ridden his hunch to the tune of just a trifle over eleven millions. | Но истинные размеры его богатства были известны только ему самому, и, продав свою последнюю заявку, он подсчитал, что золотая горячка на Клондайке, которую он предчувствовал задолго до того, как она разразилась, принесла ему чуть больше одиннадцати миллионов. |
| His departure was a thing that passed into the history of the Yukon along with his other deeds. | Прощальный пир Харниша вошел в историю Юкона наряду с другими его подвигами. |
| All the Yukon was his guest, Dawson the seat of the festivity. | Пиршество состоялось в Доусоне, но приглашены были все юконцы. |
| On that one last night no man's dust save his own was good. | В этот последний вечер ничье золото, кроме золота хозяина, не имело хождения. |
