| Many things had happened since then. | С тех пор много воды утекло. |
| Exciting things were happening every day, and the sensation-space of newspapers was limited. | И каждый день приносил новые сенсации, а место в газетах, отведенное сенсационным известиям, было ограничено. |
| The effect of being ignored, however, was an exhilaration. | Впрочем, такое невнимание к его особе даже радовало Харниша. |
| Big man as he had been in the Arctic game, it merely showed how much bigger was this new game, when a man worth eleven millions, and with a history such as his, passed unnoticed. | Если он, король Арктики, обладатель одиннадцати миллионов с легендарным прошлым, мог приехать никем не замеченный, - это только доказывало, насколько крупная игра ему здесь предстоит. |
| He settled down in St. Francis Hotel, was interviewed by the cub-reporters on the hotel-run, and received brief paragraphs of notice for twenty-four hours. | Он остановился в гостинице св. Франциска, дал интервью начинающим репортерам, которые рыскают по гостиницам, после чего в утренних газетах появились краткие заметки о нем. |
| He grinned to himself, and began to look around and get acquainted with the new order of beings and things. | Весело усмехаясь про себя, он начал приглядываться к окружающему, к новому для него порядку вещей, к незнакомым людям. |
| He was very awkward and very self-possessed. | Все кругом было ему чуждо, но это нимало не смущало его. |
| In addition to the stiffening afforded his backbone by the conscious ownership of eleven millions, he possessed an enormous certitude. | Не только потому, что одиннадцать миллионов придавали ему вес в собственных глазах: он всегда чувствовал беспредельную уверенность в свои силах; ничто не могло поколебать ее. |
| Nothing abashed him, nor was he appalled by the display and culture and power around him. | Не испытывал он также робости перед утонченностью, роскошью, богатством большого цивилизованного города. |
| It was another kind of wilderness, that was all; and it was for him to learn the ways of it, the signs and trails and water-holes where good hunting lay, and the bad stretches of field and flood to be avoided. | Он опять очутился в пустыне, в новой пустыне, непохожей на прежнюю, - вот и все; он должен исследовать ее, изучить все приметы, все тропы и водоемы; узнать, где много дичи, а где тяжелая дорога и трудная переправа, которые лучше обходить стороной. |
| As usual, he fought shy of the women. | Как всегда, он избегал женщин. |
| He was still too badly scared to come to close quarters with the dazzling and resplendent creatures his own millions made accessible. | Страх перед ними все еще безраздельно владел им, и он и близко не подходил к блистающим красотой и нарядами созданиям, которые не устояли бы перед его миллионами. |
| They looked and longed, but he so concealed his timidity that he had all the seeming of moving boldly among them. | Они бросали на него нежные взоры, а он так искусно скрывал свое замешательство, что им казалось, будто смелей его нет мужчины на свете. |
| Nor was it his wealth alone that attracted them. He was too much a man, and too much an unusual type of man. | Не одно только богатство пленяло их в нем, нет, -очень уж он был мужественный и очень уж не похож на других мужчин. |
