Прошелестев платьем, Верховный Маг Нира Ялавари встала рядом, тоже смотря во двор. Совсем невысокая, она едва ли доставала мне до плеча. И несла с собой густой бальзамический аромат: он похож на тот, которым пользовались жрецы в подземельях, чтобы отбить запах мертвечины.
— Вы хотите рассказать о них, леди Ялавари?
— Думаю, вы осведомлены лучше меня.
— Не исключаю, что вам известно то, чего не знаю я.
— Возможно, лорд Киран. Возможно. Но я бы не была Верховным Магом так долго, если бы не знала, как использовать секреты. Сила — это еще не всё. Это понимает даже наш общий друг Алавар Вейн.
Я метнул на собеседницу быстрый взгляд, но испещренное тонкими морщинами лицо Ялавари оставалось таким же невозмутимым. А ее внимание, казалось, целиком приковывали к себе фигурки слуг во дворе.
— Я искала встречи, лорд Киран. Но мне доложили, что вы с хранителем печати.
— Только закончили.
— Что ж, маги всегда ждут, когда завершатся светские дела.
— Но вы тоже хотите в них участвовать.
Ялавари спокойно посмотрела на меня:
— Значит, сестра рассказала суть моего предложения?
— Я бы не назвал это предложением.
— Это всего лишь словесная шелуха. Обертка, в которую мы привычно заворачиваем суть.
— Она от этого не меняется. Можно назвать лошадиное дерьмо фекалиями, но оно не перестанет быть дерьмом.
Брови Ниры приподнялись:
— Вы считаете мое предложение дерьмом?
— Фекалиями.
Она негромко рассмеялась:
— Вы научились вести светские беседы куда лучше, чем сами думаете, лорд Киран. Но я надеюсь на ваше благоразумие.
— Вы надеетесь, что шантаж увенчается успехом.
Она снова перевела взгляд во двор. Но я видел улыбку в уголке губ Ялавари.
— Что ж, давайте называть дерьмо дерьмом. Только это не меняет его неизбежность.
— Вы считаете, Элерис никуда не денется и исполнит ваши требования?
— Думаю, вам обоим некуда деваться. — Ялвари вздохнула. — Мое предложение разумно, лорд Киран. У магов действительно есть документы, которые могут помочь с Даром. Но эти документы еще надо понять. Я помогу. А взамен прошу всего лишь стать одним из советников королевы. Это адекватная цена.
Почти весь день я провел с Таномасом Кобиларцем, и хранитель печати рассказал о многих тонкостях, которые мне следовало знать как Клинку. И на самом деле, я был сыт по горло формальностями и рамками. Поэтому, помолчав, все-таки спросил:
— А ставить блок на магию Алавара — тоже было разумно?
Нира Ялавари продолжала спокойно смотреть во двор. Но я заметил, как побелели костяшки ее пальцев, сильнее сжавшие камни окна.
— Вижу, вы не любите ходить вокруг дела, лорд Киран.
— В отличие от вас. Вы-то явно не действуете напрямую.
— Когда я вижу шанс, то использую его.
— Поэтому наложили блок?
— Да, — не стала отпираться Ялавари. — Лорд Алавар силен и амбициозен, но это не единственные качества, которыми должен обладать Верховный Маг.
— А какими еще, леди Ялавари? Пользоваться чужой слабостью? Шантажировать?
Нира Ялавари долго не отвечала. Мы вместе смотрели на телегу, которую разгрузили слуги. Развернувшись, лошади лениво потащили ее прочь со двора. Только тогда Ялавари подняла голову и посмотрела куда-то вдаль, за стены.
— Я родилась вовсе не в благородной семье, лорд Киран. Мой отец — купец. Такой же, как тот, что продал эти овощи к королевскому столу. Мне было семь, когда обнаружились магические способности. Чуть позже я попала в Орден. Мне многому пришлось научиться. И выживать среди магов в числе прочего. Как видите, я здесь и сейчас, значит, оказалась хорошей ученицей.
— В том числе шантажу?
— Чему угодно, — спокойно сказала Нира Ялавари. — Я знаю, что иногда приходиться пачкать руки, чтобы добиться своих целей. Уверена, ты тоже понимаешь это.
— Я бы никогда не стал пользоваться чужой слабостью.
— Стал бы. Просто пока не было подходящих условий.
Мне вовсе не хотелось спорить с Ялавари. Я смутно представлял, как проходит обучение магов, как вообще устроен Орден. В ее утверждениях был смысл, но я не был с ним согласен.
— Алавар займет ваше место, — сказал я.
— Однажды. Другие маги гораздо слабее него.
— И вы думаете, если бы он бросил вызов, то победил?
Ялавари пожала плечами:
— Возможно. Если бы не сдурил. Но сила — это еще не всё.
— А что еще? Интриги? Хитрости?
— Мудрость. И умение преодолевать.
Я вспомнил душное помещение Храма, где Алавара скручивало от боли под песни жрецов и воскуриваемые травы. Он знал, на что шел, но всё равно был к этому готов.
— Слышала, он достойно снял блок, — спокойно сказала Ялавари.
— Вы знали, он быстро поймет, что это.
— Надеялась.
— Поэтому…
— Да, лорд Киран. Скажу один раз и больше не будем об этом. Я поставила блок Алавару, потому что мне представился такой шанс. Это дало мне время. Алавару — немного опыта. Ему полезно.
— Он вас ненавидит.
— Правильно делает. Никому не стоит доверять.
— Тогда с чего Элерис верить вам?
— Я не предлагаю мне верить. Я предлагаю сделку.
Солнце клонилось к закату. И, стоя здесь и сейчас вместе с Ялавари, я не мог не спросить:
— Я знаю, что маги хотели возрождения Дара. Возвращения королей-колдунов. Зачем?
