Я невольно вспомнил видение с Алаваром и магией крови. Оно так и не исполнилось, так может, мы сумели изменить события? Та вероятность не случилась, и теперь мне всего лишь предстоит жить с картинкой того, что могло бы быть — но не было. Эта мысль тихонько сводила с ума, но лучше так, нежели видеть воочию.
— Как думаешь, Нира знала, что будет так? — спросил я, прежде чем уйти.
— Конечно. Она знала, что я стану Верховным Магом и уж точно не буду продолжать ее политику. Может, она и не хотела. Может, ей оказалось достаточно, что вы новые короли-колдуны. Но она не знала в жизни иных целей. Не смогла понять, как продолжать ей самой.
Сол Лиссири ждал меня в моей же комнате и дрожал. Но когда я вошел, предупрежденный о его визите, он встал и задрал подбородок.
— Каким будет наказание, лорд Киран?
— Что?
Не думал, что-то сможет меня настолько удивить. Я размышлял об Алаваре, пока шел из его покоев, о магах, королях-колдунах и войне. Мне доложили о Соле, и я был рад, что не придется искать еще и его. Но оказался совершенно не готов к тому, что он заявлял.
— Что? — повторил я.
— Лорд Киран, я не жалею о том, что сделал, но знаю, что это убийство. И оно… я не думал, что всё так обернется. Я готов понести наказание.
— Ага, — рассеянно ответил я, во все глаза смотря на Сола Лиссири, будто видел его впервые.
Долговязый юнец с широко распахнутыми глазами, но теперь я замечал, как решительно и плотно сжат его подбородок, как у человека, идущего до конца. Хотя может, и раньше так было, а я просто не замечал.
— Прошло много времени, — в голосе Сола наконец-то послышались неуверенные нотки, — я понимаю, было не до меня. Но я готов ответить.
Сосредоточиться на простой мысли о времени оказалось проще, но я понял, что сам точно не знаю, сколько прошло с погребальной церемонии Ниры, с тех пор, как Алавар стал Верховным Магом. Дни смешались, времени вечно не хватало на все планируемые дела.
Алавар единственный, кому я рассказал, кто истинный убийца Ниры Ялавари. Кроме Элерис, конечно. И эти двое, пожалуй, именно те, кто не сомневался в истинности моих видений.
Хотя Сол ничего не отрицал.
Когда Алавар узнал про «этого несносного мальчишку», то я вновь услышал весь цветастый запас ругательств лорда Вейна. В конце он обещал для Сола явно что-то ужасное, но я так и не понял, то ли надрать уши, то ли протащить голышом через весь Тарн.
Но Алавару совсем не до Сола, да и я попросил оставить его короне — в конце концов, формально Сол Лиссири всё еще придворный маг. Хотя я сам понятия не имел, что с ним делать. И не рассчитывал решать этот вопрос — хотя надо бы.
— Ага, — повторил я и уселся в кресло, смотря снизу вверх на Сола. — Для начала расскажи мне всё, что произошло в тот день. Между тобой и Нирой.
Он смутился, как будто стеснялся рассказывать. Опустил голову, разглядывая то ли пол, то ли носки собственных сапог.
— Она вызвала меня. Говорила о том, что моя верность королевскому Дому похвальна, а моя служба хороша, но стоит думать о будущем. Что ее величество не сможет долго быть королевой, а вы… вас следует уничтожить, тогда ее величество сосредоточится на делах. Ялавари дала мне кинжал, чтобы я мог защитить себя в случае чего.
— Почему ты сразу не пошел ко мне? — спросил я. — Рассказал о предательстве Ниры.
— Она говорила, мне никто не поверит. И это звучало убедительно.
Я вздохнул:
— Ты придворный маг, Сол. Твои слова имели бы вес. А даже если нет, обряд правды расставил всё по своим местам.
Кажется, он смутился еще больше, но я ждал продолжения. Хотя уже мог представить, что на самом деле произошло в тот день.
— Она сказала, что со мной или без меня, всё уже свершится, и Нира — в центре этого. Она говорила долго. А я… не знаю, я разозлился. Нира всегда управляла всеми в Ордене, не считаясь ни с их чувствами, ни с желаниями. Теперь она увеличила размах. И я просто хотел это закончить. Я никогда не победил бы ее магией, но тот кинжал… — Сол вскинул голову и посмотрел на меня почти испуганно. — Она могла бы защититься! Но не стала! И я воткнул тот кинжал в нее. Несколько раз. А она истекала кровью и улыбалась.
Сейчас на лице Сола Лиссири застыло примерно то выражение, которое и было в моем видении: ошарашенное, удивленное, но без тени сомнений.
— Она спровоцировала тебя, Сол, — сказал я. — Нира Ялавари хотела умереть, не от магии и в стенах замка. Она бы добилась своего. Ты ни в чем не виноват.
Сначала на его лице отразилось недоверием, а потом удивление — придворному магу стоит поработать над тем, чтобы научиться хоть немного скрывать эмоции.
— Она… воспользовалась мной?
— Именно, — устало ответил я. Хотелось спать, рана снова начала ныть.
— И я повелся на это.
— Ты приобрел бесценный опыт, Сол.
Он посмотрел на меня, как затравленный зверек, попавший в капкан.
— Я убил человека!
— Теперь ты знаешь, какими они бывают. И ты ведь слышал о Мар-Шайале, о Канлакаре?
— Конечно.
— Нам не избежать если не этой войны, то других стычек. А ты придворный маг. Тебе придется убивать. И принимать сложные решения. И… жить с этим.
