— Если бы у тебя было две пары рук, ты была бы похожа на нашу богиню, Кровавую и Яростную, из чрева которой вышли все люди. Но ты не она. Хотя похожа…
Он прижался к нему со спины, их разделяли только его одежды, слои плотной ткани. Внезапно Айни ощутил благодарность к этому южанину. Он согревал его и хотя бы частично скрывал от взглядов остальных.
— Поменьше вашей ереси, — наморщился пастор Редален. — Единый едва терпит таких, как вы. Единый хочет править во всех мирах, и Врата — его путь. Однако обоеполые согрешили, и потому Единый повелел запереть их в их собственном мире. Единый не снизойдёт до нас, пока в нашем мире остаётся хоть капля их нечистой крови.
Кажется, священник настроился на проповедь, но его прервали достаточно бесцеремонно. Обнажённого Айни и южанина обошёл Косн Седек и обратился к священнику, только открывшего было рот для очередной тирады.
— Ваше Преосвященство… Простите, не знаю точно вашего титула… — он обратился к пастору так, как обращались к главе церкви в Срединном королевстве. — У вас тут карета. Похоже, вы сейчас сядете в неё и уедете, а мне бы перед этим хотелось обсудить вопрос оплаты.
— Оплаты?! — возмущённо взвизгнул пастор Редален. — Вам выплатили всю оговорённую сумму заранее! Чего вы ещё хотите? Единый учит нас жить в скромности и благочестии!
Айни заметил, как от кареты к ним выдвинулись двое служек с бритыми макушками, но без шапочек и не в таких богатых рясах.
— Ваш Единый — мудрый и справедливый бог, не сомневаюсь, — склонил голову Косн Седек, — но мы — всего лишь труппа бедных актёров, и вписались в данное предприятие, рассчитывая, что за девушку будут просить выкуп, и все останутся живы. Однако вы намереваетесь убить её… А это значит, что на нас, возможно, объявят охоту. Потому нам бы хотелось иметь больше средств на первое время, чтобы…
Он не договорил. Что-то щёлкнуло быстро, дважды. Косн Седек завопил и схватился за лицо. Из его глаз брызнула кровь и полилась сквозь пальцы. Айни взвизгнул и отшатнулся бы, если бы монах не держал его за руки. Над его плечом мелькнула и исчезла чёрная трубка. Южанин даже не пошевелился, доставая и убирая её. Косн Седек упал навзничь, конвульсивно дёрнулся и затих. Никто из членов его труппы даже не подошёл к нему. Вместо этого все они зазвенели сбруей своих лошадей, подхватили свой нехитрый скарб и умчались прочь.
— Спасибо, но не стоило, — произнёс пастор Редален, когда поляна за несколько минут опустела.
— Мне казалось, эта мелкая мошка вам докучала, — ответил монах.
— Меня охраняет Единый, на всё его воля! — пафосно проговорил Редален. И если бы при этом не косил в сторону своих помощников, то выглядел бы более героически.
— Быть может, его рука направляла мою в этот момент, — сказал монах с елейными нотками в голосе.
— Вероятно.
— Кажется, эти сыны собак забрали мою лошадь. Не подвезёте ли вы меня до ближайшей деревни?
— Сперва мы должны как можно скорее исполнить волю Единого и уничтожить это богомерзкое создание!
— Ничего, я не против сделать небольшой крюк.
— Тогда мы отправимся в…
***
Сильный толчок вывел его из сна, больше похожего на кошмар. Тсану снились холод, кровь, смерть, страх. Он ощутил облегчение, когда понял, что сон кончился.
Вокруг было едва светло, туман давно задушил пламя их костерка. Нахохлившаяся фигура, закутанная в плащ и стоящая рядом с серыми, будто тени, в предутреннем свете лошадьми, принадлежала Шассеру. Варкалис сидел рядом, касаясь его бедра своим. Он тоже явно только что проснулся.
— Я знаю, куда его повезут, — прохрипел Варкалис. — Мы должны быть там первыми. Шассер, отправляемся!
— Куда, Ваше Высочество?
— К Ирисовому Перевалу. Там ближайшие Врата.
Шассер почти сразу кивнул:
— Можно пройти горной тропой, нет нужды спускаться на равнину. Так мы выиграем часа три.
— Айни везут в карете, запряжённой шестёркой лошадей. На равнине это плюс в скорости, но им придётся делать большой крюк и заходить с севера. Если же мы пойдём сразу на запад…
— Кое-где нам придётся вести лошадей в поводу, тропа очень узкая и каменистая, — напомнил Шассер.
— Ничего… ничего, — пробормотал Варкалис, уже заканчивая взнуздывать своего коня. Тсан не отставал от него. Об одном он хотел лишь сказать, но понимал, что сейчас не время. Как только Варкалис успокоится, он и сам всё поймёт. Поймёт, что видел те же сны, что и сам Тсан. Сны о том, что происходит с Айни. Сны, свидетельствующие о том, что между Айни и Варкалисом тоже существует связь.
Но Тсан не хотел говорить об этом, указывать сопернику на его явное преимущество. Вместо этого он спросил:
— Откуда ты так хорошо знаешь эти места?
— Проводил здесь много времени в детстве, — ответил Варкалис, поворачивая коня на запад вслед за Шассером. — Здесь я вырос. И мой замок тоже поблизости. Я в нём давно не был. Со смерти брата, когда меня вызвали в столицу на похороны.
