— Так надо, к сожалению, — ответил Варкалис, и его голос теперь звучал сочувствующе. Тсан чуть не обернулся, чтобы посмотреть и убедиться, не послышалось ли ему, но вовремя вспомнил, что ему приказали стоять и не двигаться. Отлично, он не шелохнётся, что бы ни случилось.
— Ладно, давай сюда этот трактат. Смотри. Трапециевидная мышца спины плоская и широкая, лежит в задней области шеи и верхнем отделе спины, — Варкалис чем-то жёстким и прохладным ткнул в спину Тсана, задев шею и обрисовав плечо, провёл линию через лопатку к позвоночнику. Флейтой. Он касался его длинной тонкой бамбуковой флейтой, на которой вчера играл Айни. — А вот у нас широчайшая мышца. Она начинается вот отсюда… — импровизированная указка прикоснулась к подмышке и медленно поехала вниз и наискось, не отрываясь, — крепится дополнительно к нижним рёбрам и заканчивается в поясничном отделе позвоночника. — Дойдя до оговоренной части тела, Варкалис легко обвёл её указкой. — Задачи её: при напряжении разгибает плечо, является вспомогательной дыхательной мышцей. Так. А про отделы позвоночника ты знаешь?
— Знаю, но лучше расскажи, — попросил Айни, чем-то шурша. Должно быть, тем самым свитком.
— Шейный отдел состоит из семи позвонков… — флейта легонько коснулась затылка Тсана, потревожив волосы, собранные в хвост. — Последний шейный позвонок… — кончик флейты щекотно обвёл выступающую косточку на шее Тсана, и от этого прикосновения по его трапециевидной и широчайшей мышцам спины разбежались совершенно не анатомические мурашки. Варкалис рассказывал дальше вполне менторским тоном, но его прикосновения теперь казались предварительными ласками, дурашливой игрой, и Тсан не мог выносить их равнодушно. Ему приходилось напрягаться, сдерживаться, чтобы не вздрагивать, чтобы продолжать стоять спокойно. Когда кончик флейты начал очерчивать рёбра, Тсан стал дышать ртом. Ему показалось, что в тишине, нарушаемой лишь треском поленьев в очаге, голосом Варкалиса и робкими вопросами Айни, его сопение слышится слишком громко. Приоткрыв рот, он уже не смог дышать спокойно. Он хватал ртом воздух каждый раз, как Варкалис описывал очередную мышцу или связку. На ахилловом сухожилии Тсан не выдержал, дёрнулся от внезапной щекотки и переступил ногами, потёр одну об другую. Айни хихикнул, а Варкалис словно этого и ждал: коротко размахнувшись, он шлёпнул флейтой, как простой бамбуковой палкой, поперёк голени Тсана с резким окриком:
— Стой спокойно!
Удар был несильным, от него даже и следов бы не осталось, но от неожиданности Тсан вздрогнул.
— Варкалис? — тут же вступился Айни за Тсана. И эта забота показалась кислотой, которую пролили ему на сердце. Он… Он заслужил. Варкалис прав, он заслужил этот удар, потому что не справился со своей службой и задачей телохранителя. А Айни, который пострадал ни за что, теперь пытается защищать его?
— Успокойся, светоч мой. Так надо, — ответил Варкалис. — Тсан знает, что наказан за невыполнение приказа, так что всё в порядке. Тсан, я верно говорю?
Он тяжело вздохнул, заставляя себя ответить, но горло внезапно будто сковало стыдом, и в итоге он не проронил ни звука.
— Верно ли я говорю? Отвечай! — потребовал Варкалис и хлестнул его снова.
— Да! — выкрикнул Тсан в ту же секунду.
— Давай продолжим, — сказал Варкалис как ни в чём не бывало. — На чём мы остановились? Напомни мне.
— Мышцы, отводящие и приводящие конечности, — сказал Айни, чуть помедлив.
— О, это легко, их я помню.
Флейта начала касаться локтей и задней поверхности коленей, потом Варкалис заставил его несколько раз напрячь те или иные мышцы плеч, каждый раз тыкая в него указкой и что-то рассказывая. Потом…
— Повернись, Тсан. Смотри, Айни. На очереди у нас грудные мышцы. Кстати, давай отвлечёмся от мышц и поговорим о костях. Знаешь, чем пояс прикрепления передних конечностей птицы отличается от пояса прикрепления передних конечностей человека?
— Нет, чем же?
— Киль! — воскликнул Варкалис и похлопал Тсана по грудине, на которой киля не было. Тсану на мгновение показалось, что Варкалис вошёл в профессорский раж и позабыл о своей игре. Только показалось. Флейта в руках Варкалиса самым бесцеремонным образом коснулась его соска и затеребила съёжившуюся горошину. Раздражённая кожа вскоре начала зудеть; Тсан прикрыл глаза, стараясь вытерпеть это испытание с достоинством. Варкалис словно разгадал его маленький план, он тут же убрал флейту от левого соска и принялся за правый. Тсан не выдержал и тихо охнул.
— Так вот, — внезапно сказал Варкалис, возвращаясь к мышцам и костям. — У человека пояс прикрепления передних конечностей состоит из грудины, ключиц и лопаток. — По ключицам флейта прошлась дважды туда и обратно, и Тсан невольно задрожал. После ключиц — обвела грудину, почему-то спускаясь чуть ли не до самого пупка. Тсан был уверен, что таких грудин в его теле никогда не… не… о-ох…
