Время в средневековом городе полностью

5 июля 1253 г. горожанам (burgenses) Рединга было пожаловано освобождение от необходимости являться во внешние суды и от пошлин[123]. При этом никакой апелляции к прошлому не было, это просто пожалование действующего короля. Хотя данная грамота не затронула вопроса о внутреннем управлении города и не дала каких-то исключительных прав, но как единственная королевская грамота, пожалованная горожанам, она в дальнейшем будет именоваться «грамотой вольностей» Рединга.

В то же время противостояние между горожанами и их монастырским сеньором продолжалось. 3 февраля 1254 г. в королевском суде в Вестминстере было заключено соглашение между сторонами – купеческой гильдией Рединга (два сенешаля гильдии и горожане города, senescallos gilde de Radingia et burgenses eiusdem ville) в качестве истца, и аббатом как ответчиком, – по поводу тех обычаев и служб, которые аббат требовал с горожан[124]. Основные жалобы горожан сводились к тому, что аббат конфискует их имущество за тяжбы в других инстанциях, кроме его курии, пытается лишить их гильдии, передвинул рынок с того места, где он издавна (antiquitus) держался, требует с них иные обычаи и повинности, чем они должны и привыкли нести при предыдущих королях и которые они не признают. В итоге аббат согласился, что зерновой рынок останется навечно на том месте, где он был прежде, а все остальные товары будут продаваться там, где привыкли, а горожане будут иметь гилдхолл с 12 усадьбами и лугом, которые принадлежат гильдии. При этом, хотя речь и идет, с точки зрения горожан, о нарушении аббатом существующих обычаев, они не подчеркивают особо их древность. Любопытно, что в этом документе нет никакого упоминания недавно полученной королевской грамоты.

Данное соглашение является очень важным для дальнейшего развития городской общины Рединга как корпорации. К нему апеллируют в более поздних разбирательствах. Не случайно в XV в. был сделан перевод его текста на английский язык[125]. Латинский текст также содержится в так называемом «Дневнике корпорации», записях протоколов заседаний мэра и горожан с 1431 г.[126]

Со временем аргументы в разбирательствах между сторонами претерпели изменения. В основном это связано с тем, что горожане Рединга настаивали на существовании городской корпорации, из чего выводили все остальные свои права и привилегии, связанные с управлением города и т. п.

Следующий значимый конфликт между горожанами и монастырем относится к концу XIV в., когда в 1391 г. вспыхнул спор из-за выборов или назначения констеблей города. Вопрос рассматривался перед королевскими мировыми судьями на заседании в Рединге. Именно в ходе этого разбирательства горожане заявили, что Рединг – королевский бург и был таковым до основания монастыря; горожане имеют право посылать представителей в парламент с незапамятных времен; община имеет обыкновение выбирать мэра города, также с незапамятных времен, еще до основания аббатства; у них есть торговая гильдия и все, что ей принадлежит, а выбранный мэр обычно распоряжается, вершит правосудие и следит за порядком в городе, в соответствии с обычаями города и гильдии[127]. Соответственно, и выборы констеблей должны осуществлять мэр и горожане.

На протяжении XV в. между сторонами возникали отдельные конфликты, в основном из-за собственности. В 1487 г. Генрих VII подтвердил горожанам грамоту 1344 г., в свою очередь подтверждающую грамоту 1253 г. И вскоре конфликт вспыхнул вновь. Сохранился манускрипт, который содержит тексты ряда документов, относящихся к разбирательствам между горожанами и монастырем: списки жалоб горожан, ответы аббата на эти претензии, письма. Он датируется по почерку примерно 1500 г.[128]

Горожане продолжают утверждать, что Рединг является «старинным бургом», и корпорация стража и горожан купеческой гильдии Рединга существовала «с незапамятных времен»[129]. Столько же времени она обладала собственностью в городе, а прежний и нынешний аббаты нарушают эти права гильдии. Горожане приводят меморандум о действиях некоего аббата Ричарда, который переместил рынок с места, к которому издавна привыкли (the place of olde tyme accustomed), о чем они уже жаловались в Вестминстере[130]. Они утверждают, что с незапамятных времен (by fore tyme that no mynde is) мэр и горожане обладали гильдией и гилдхоллом; мэр до этого (be fore date of rendre) имел 12 усадеб вместе с лугом Портманбрук в своем домене; он также обладал пристанью и другой собственностью в городе. Кроме того, мэр с незапамятных времен (have tyme oute of mynde) имел право назначения священника и патроната над часовней, тогда же (there sum tyme) пожалованной мэру сэром Джоном Колни, рыцарем, и подтвержденной королем[131]. Мэр и горожане всегда (alweyes) выбирали двух горожан в парламент.