Дверь хлопнула. Томас вернулся и шумел в прихожей, раздеваясь и снимая обувь. Макс блаженно улыбнулся, представляя себе реакцию альфы, когда тот увидит его. Он даже открыл глаза и чуть отклонил голову, чтобы увидеть лицо Тома. Тот появился через пару секунд и застыл в дверном проеме. Он не мог отвести взгляд от того, как Макс медленно погружал в себя два пальца и гладил по внутренней стороне бедра. Альфе понадобилось полминуты, чтобы отмереть. Он поставил пакет с покупками на комод и принялся раздеваться. Макс томным взглядом следил за каждым движением Томаса. Он добавил третий палец, вынуждая его действовать быстрее. Когда альфа наконец совладал с одеждой и натянул презерватив, то был благодарен, что не нужно тратить время на растяжку. Он на четвереньках подобрался к Максу и устроился между его ног. Прежде чем толкнуться внутрь, он посмотрел в лицо омеги, как будто спрашивая разрешения. За такое преступное промедление Макс болезненно ущипнул его за сосок и в следующую секунду вожделенно застонал.
Назвать Тома первоклассным любовником было бы лестью. Но он был ласков и очень внимательно относился к желаниям Макса. Замедлялся, когда омега чуть отталкивал, и наоборот, ускорял темп, стоило впиться ему в спину ногтями. Том кончил первый, а Макс получил оргазм уже в сцепке. Омега отмерил примерно полчаса, за которые партнер уснет. Тот всегда старался над ним и выматывался куда больше самого Шеймта. Он тоже прикрыл глаза и задремал.
Макс не дожидался, когда Том проснется. Он любил альф, наслаждался общением и близостью с ними. В этом странная идеология Дельты была ему чужда. То ли дело авантюризм и риск, которые сопровождали все задания! Для Макса все это было забавой и ни к чему его не обязывал, а также способом самоутвердиться, доказать, что у него есть не только внешность. Он думал, что в любой момент может сказать «нет» и уйти. Но пока хотелось продолжать игру и учиться. Например, Макс не умел лицемерить. Он всегда был открытым и настоящим. Если весело — смеялся, грустно — сидел насупленным, укутавшись в старый свитер Берта с чашкой какао в руках и уничтожал мировой запас шоколада. Когда злился, кричал и бил посуду. Но это состояние проходило быстро, уступая место вечному непотопляемому оптимизму.
Помимо прочего он получил отличное образование и воспитание. Бегло говорил на немецком, испанском и французском языках, разбирался в политике и искусстве.
Сейчас, лежа в кровати с Томом, Макс представлял другого. Себастьяна Тодески, которого в скором времени предстоит соблазнять. Он вспомнил фотографию. Довольно красивый альфа с крупными правильными чертами лица и темными волосами. Все, как нравилось Максу. А этот шрам посередине лба добавлял образу некоторой брутальности и шарма.
Едва начало светать, как Макс встал и, не зажигая лампу, принялся одеваться. Он прекрасно помнил, где вчера оставил одежду, а вот с ключами вышла заминка. Их он никак не мог найти. Макс решил, что это знак, и раз уж он больше в эту квартиру не вернется, то и дверь отпирать не придется. Таких знаков у Макса на дню случалось по пять раз. Ключи, которые попадались ему в руки, непременно терялись и пропадали без вести. Теперь их хранил Берт. Все манипуляции проходили в тишине, будить Тома не было смысла. Хоть Уок и не знал об этом, но это их последняя встреча. Потому Макс сегодня ночью очень постарался, чтобы надолго врезаться в память альфы. Он осторожно прикрыл за собой дверь и вышел на пустынную в этот час улицу. Кадиллак Берта уже стоял перед домом, а сам бета, как всегда, читал газету. Утро у него начиналось в пять. Макс ни на секунду не сомневался, что в восемь шофер уж точно приедет за ним.
— Мистер Шеймт, вы понимаете, что станете преступником? Ведь Дельта — террористическая организация! Вы должны как следует обдумать ваше решение еще раз! — заговорил Берт, когда припарковался перед шикарным поместьем Шеймтов. Он обернулся на Макса и проницательно посмотрел ему в глаза.
Макс не отводил взгляда, хмурясь сильнее. Берт заботился о нем и заметно беспокоился. Вот и сейчас шофер превратился в доброго дядюшку, которого хотелось послать куда подальше вместе с его ценными наставлениями.
— Все в порядке, Берт. Я не становлюсь преступником. Мы никого не убьем, наоборот, спасем тех, кто попал в плен, — предельно вежливым и спокойным тоном объяснил Макс. Как бы его не подмывало наорать на старого бету и высказать все, что он о нем сейчас думает. Хорошее воспитание и память о том, что Берт его в зубах таскал, не позволяли сорваться. Почему он не может делать то, что хочет? Ведь это и есть жизнь! Интерес и драйв!
— Я помню, как ваш анатэ говорил мне это, мистер Шеймт, — медленно проговорил бета. — Я никого не собираюсь убивать, Берт. Это игра, Берт. Все будет в порядке, Берт.
— Я… опаздываю к отцу на завтрак. Я обещал ему, — выпалил Макс и вышел из машины.