Разбойников хватило ненадолго. Их пестрая шайка, вооруженная самым разным оружием (скорее всего, награбленным у путешественников), была разбита, а ее остатки с позором ретировались. Андреа не мог понять лишь одного: какого рожна разбойники поперли на отряд хорошо вооруженных воинов? Или надеялись, что на осликах везут золото?
А еще его интересовало, кто их предупредил о появлении дружинников князя, которые сопровождали иноземного лекаря?
Андреа не поленился и, забравшись на скалы, внимательно осмотрел место засады. Судя по кострищу, в котором валялась куча бараньих костей, разбойники торчали там дня два-три.
Грязевое озеро с самой целебной в Готии грязью (по крайней мере, так утверждали местные шаманы и знахари) находилось в плоской, как стол, долине. Начало ему давал высоченный грязевый вулкан, от которого к озеру тянулся, словно язык, длинный и широкий грязевый поток.
Как объяснил Ахметка, вулкан сейчас дремлет, но извержение можно ждать совсем скоро. Ведь уже прошло почти сто лет, как вулкан добавил в озеро большую порцию целительной грязи. А пробуждается он раз в столетие. Татары называют такие вулканы «вершинами, которые текут».
Ахметка сразу всех предупредил, чтобы никто не вздумал ходить по застывшей грязи. Грязь быстро высыхает и растрескивается, покрываясь белыми налетом. На первый взгляд прочный и надежный грунт, хоть и потрескавшийся, может оказаться смертельно опасной западней, потому что под его верхним слоем находятся глубокие ямины с вязкой грязью. Грязевая пучина нередко засасывала домашних и диких животных.
Как опытный провизор, Андреа быстро определил примерный состав свежей грязи, которую дружинники добыли для исследования из грязевого озера. В ней содержалось большое количество буры, соды и еще одной целебной субстанции[83], о которой знали только алхимики и провизоры. Воздух возле грязевого вулкана, а в особенности над озером, был настолько насыщен ее парами, что в горле першило. Гатари точно знал, что ее свойства просто потрясающие.
Субстанция (или эссенция) не имела определенного названия, ее находили очень редко в горячих водах Везувия и на острове Вулькано в Тирренском море. Она представляла собой желтоватые кристаллики, великолепно обеззараживала раны и превосходно лечила разные воспаления кожи. Стоила субстанция очень дорого, ее ценили буквально на вес золота.
Получив добро, дружинники быстро наполнили грязью кожаные мешки и поторопились убраться из долины, потому что места там были опасные, возле грязевого озера не было никакого подходящего укрытия, и в случае нападения разбойников или татар, которые никогда не упускали случая поживиться за счет беспечных путешественников, им было бы несдобровать.
В 1430 году к великому литовскому князю Витовту отправился посол Каффы Дарио Грилло, который хотел не только успешно провести переговоры, но и заняться торговлей. Но по дороге в Литву его ограбили подданные татарского хана Улу-Мухаммеда. При этом у Грилло, невзирая на его посольский сан, отняли товары, лошадей и деньги.
Нанесенный ущерб составил примерно две тысячи четыреста генуэзских лир. И, как обычно, татары вышли, что называется, сухими из воды. В общем, генуэзцам пришлось этот конфликт замять…
Ближе к вечеру кавалькада осликов уже двигалась по горной тропе. По совету Ахметки (которому Андреа изложил свой замысел; естественно в общих чертах, не назвав главной цели своего предприятия), путники решили возвращаться в Феодоро по более короткому пути. И на это была веская причина – Андреа и татарину нужно было каким-то образом оторваться от дружинников, при этом не вызвав никаких подозрений.
Ахметка лишь многозначительно подмигнул Гатари – мол, господин, все будет сделано в лучшем виде. Андреа посулил ему кошелек полновесных аспров, если он проводит его к заветной пещере, за что татарин готов был душу заложить джинну Иблису, который был врагом Аллаха.
Постепенно оба заговорщика отстали от каравана и плелись далеко позади. Дружинники на это не обращали никакого внимания – было не до того. Им предстояло пройти самый опасный участок горной тропы, где часто бывали обвалы. К тому же они торопились побыстрее оказаться в городе, под защитой его крепких стен.
Даже монах Кириак, который постоянно шпионил за Гатари, и тот прибавил прыти, уверенный в том, что никуда лекарю князя уже не деться.
Татарин снова подмигнул Андреа и начал карабкаться по скалам вверх с удивительной прытью. Добравшись до нужного места, он подождал, пока ослики с грузом и воины отойдут подальше, и обрушил вниз большой камень. Вскоре в горах загремело, и вниз покатилась лавина.
Она завалила тропу, и в поднятом лавиной огромном облаке пыли Андреа и Ахметка благополучно исчезли, предоставив дружинникам гадать, что же случилось с проводником и лекарем самого Алексея де Лотодеро; уж не похоронила ли их под грудой камней лавина? По их понятиям, потеря была невелика, но ведь получалось, что они не справились со своими обязанностями, не уберегли Гатари.
