Они по-прежнему приносили кровавые человеческие жертвы в родовом святилище своей богини Девы, которое, по словам Ахметки, находилось где-то в горах, в так называемом Змеином гроте. Оказаться вблизи этого места было все равно, что подставить голову под топор палача. Даже татары избегали соваться в Священную рощу тавров.
Кроме дружинников в путешествие отправился и монах по имени Кириак – чтобы освятить источник, прежде чем Андреа наполнит грязью кожаные мешки. Гатари лишь мысленно рассмеялся; роль монаха, который больше походил на воина, нежели на священнослужителя, была ему ясна.
Кириака послали следить за Гатари. Монах-грек был весьма умен, имел зоркие глаза и совершенно невозмутимое лицо, на котором читалась разве что просветленность божьего служителя.
А вот Чезаре, своего слугу, Андреа оставил в княжестве. Он послал его в Каламиту – будто бы за лекарствами, которые должен был доставить в Феодоро купец-франк на своей быстроходной галере. Лекарства и впрямь тот доставил, но никто не знал, что это судно принадлежало отцам-инквизиторам и было направлено в Каламиту по приказу самого магистра Лауренцио Салюцци.
Галера должна была дожидаться в Русском море провизора Андреа Гатари столько, сколько потребуется для выполнения его миссии. А Мохнач должен был сообщить капитану галеры, что дело близится к завершению, и в любой момент можно ожидать немедленного возвращения в Италию.
Лошадей пришлось оставить. В горах они были бы обузой. Тягловой силой у феодоритов и татар служили быки и волы, реже – лошади, но большей частью для путешествий по горам использовались ослы. Это объяснялось условиями горных мест – тяжелыми крутыми подъемами и спусками.
Впрочем, к пещерным монастырям даже на осликах не подъедешь, как объяснил татарин. Только пешком. Так что Андреа было все равно, на чем ехать и как везти груз. Ведь к пещере, где находилась Золотая Колыбель, ему придется пробираться потайными тропами.
Главное – найти нужные ориентиры, место, откуда начиналась тропа к пещере-«осьминогу». План этой местности Андреа уже не был нужен; он запомнил его до мельчайших подробностей…
Выехали ранним утром. Андреа тоже вооружился – как на войну. В этом не было ничего необычного. В случае стычки с разбойниками и его меч мог пригодиться. Правда, дружинники посматривали на лекаря с иронией; они даже не подозревали, что Андреа Гатари владеет любым оружием не хуже любого из них.
Кроме меча и кинжала он взял с собой и арбалет. Стрелком он был превосходным, и предполагал, что арбалет сможет сослужить ему хорошую службу.
Поначалу дорога вела по равнинным местам. Вокруг Мангупа были разбросаны многочисленные неукрепленные земледельческие поселения, которые снабжали Феодоро продуктами сельского хозяйства.
Поля пшеницы, полбы, ячменя, проса были хорошо ухожены, и в этом году урожай обещал быть обильным. Феодориты пахали на волах плугом, убирали хлеб серпами, а хранили его в ямах, вырубленных в скале или вырытых в грунте. Грунтовые ямы обкладывались камнем, обмазывались глиной, которая потом обжигалась. Кроме того, для хранения зерна использовались и огромные пифосы.
Ближе к горам пошли пышные сады. В них произрастали груши, яблони, сливы, вишни, айва, персики, абрикосы, черешни, миндаль и другие плодовые деревья. Особое место в хозяйствах земледельцев занимали грецкий орех, орех-фундук и оливы, из плодов которых извлекали масло. Большей частью фрукты сушилось на зиму, а из их сока приготовляли всевозможные напитки или варили густые сладкие сиропы.
А уж виноградарство и вовсе было в особом почете. Несколько раз на пути отряда встречались тарапаны – давильни для винограда, вырубленные в скалах, с небольшими бассейнами, в которые стекал виноградный сок. Вино феодориты хранили в просмоленных амфорах, а для его перевозки использовали овечьи и козьи мехи.
Горные тропы Готии были совсем не приспособлены для увеселительных прогулок. Бедные ослики едва не рвали жилы, карабкаясь вверх. Собственно говоря, и людям приходилось не легче. Но Андреа был очарован, потому что красоты окружающей путешественников природы поражали воображение своей суровой простотой и дикой красотой.
Особенно потряс его глубокий каньон, по дну которого текла бурная река. Многочисленные пороги, водопады, над которыми висела радуга, нагромождения огромных валунов, которые за многие века и тысячелетия, как ядра-жернова, высверлили в реке глубокие котлы и ванны… Вода этой реки завораживала, от нее трудно было оторвать взгляд.
Ночью в горах было холодно, несмотря на то, что днем стояла жара. И Андреа мысленно благодарил Ахметку, который посоветовал ему для путешествия купить татарский меховой кафтан.
Все вещи Гатари вез ослик, так что кафтан Андреа не обременял, зато по ночам он чувствовал себя превосходно и спал сном младенца, чего нельзя было сказать про дружинников, которым приходилось часто вставать, чтобы согреться у костра.
