— Бластер? Наверное, это больно, — улыбнулся вор, — Какой занятный поворот разговора. Наверно, им можно даже убить, этим твоим бластером? Я проверял деньги. Привычка. У нас очень много воров.
— Деньги? — нахмурился капитан.
— Ну да, ты же видел, где я их держу, — ухмыльнулся вор, — Ты думал, что я решил достать оружие и размахивать им здесь, в этом дивном заведении?
Вздохнул:
— Кажется, потрясное место эта Юулговаям! Кстати, а эти э-э, бластеры, их можно купить?
— Купить можно почти все, — сказал Воронин, — Ты приехал за ними?
— Да нет, не за ними. Но интересно же! — искренне воскликнул вор, — Мне сказали, что здесь могут подлечить мой глаз. Видишь, я смотрю только одним. А ты чуть не начал стрелять в живот бедному, больному студенту — философу. Да еще из бластера. Стыдно, капитан Воронин.
Вор подумал и сказал:
— И вообще мне кажется, что ты не капитан. Или не торговец.
Воронин прищурился:
— Бог с ним, с бластером. Здесь темно, а я мог и ошибиться.
— Нельзя же так пугать, — обиделся «студент» Рик, — Слушай, Воронин, ты хоть покажи, чего там на меня наставлял — то. А может и нет у тебя никакого этого самого?
— Считай, что нет, — устало согласился Воронин, все же держа руку под столом.
Рик вздохнул. Ситуация окончательно перестала ему нравиться. Кроме того, он просто не знал — что дальше делать. Поглядел на лениво прогуливающегося в полупустом зале официанта, почесал голову, заметив, как напряглась на мгновение — и расслабилась спрятанная рука капитана, почесал ухо другой рукой и сказал:
— Чего-то надоело мне тут сидеть. Ты уж не устраивай пальбу. Из придуманного ствола, который все же на коленях. Не хочу я, капитан, сидеть за одним столом с человеком, готовым меня пристрелить…
Неожиданно сцену заполнили новые действующие лица — за спиной Рика произошло шумное движение, одновременно резкий голос неестественно громко скомандовал:
— Всем замереть! Тайная полиция! Любое движение — расстрел на месте!
Рик увидел неестественно побледневшее лицо Воронина.
Помещение залил яркий, режущий свет.
За спиной послышались бухающие шаги, перед столом возник человек в комбинезоне — хамелеоне, в дымчатом, скрывающем лицо шлеме, с оружием наперевес. Удовлетворенно прорычал:
— Вот он!
Лицо Воронина, и без того бледное, стало каким-то серым.
Человек, поднеся раструб к самому носу вора, рявкнул:
— Открывай второй глаз!
Рик подчинился. Шлем удовлетворенно кивнул, сказал кому — то:
— Нашли. Доставка через тридцать.
Сказал уже Рику:
— Можешь закрыть. Вставай и следуй за мной, только без глупостей.
Рик медленно поднялся из полукресла, заметив на лице капитана огромное облегчение.
Юноша поклонился:
— Счастливо отдыхать!
— Молчать! — оборвал его шлем, и уже выводя Рика в двери, проворчал, — Можете продолжать.
— Ну и что ты себе позволяешь, Рик? — накинулась на него в роскошном кабинете хрупкая, очень привлекательная девушка. У нее оказался тот же мелодичный голос, каким с ним говорила Нью-Китеж. Рик с некоторым опозданием приходил в себя после того вихря, в который слилось его молниеносное путешествие из ресторана до дверей этого кабинета. Он потряс головой, пропуская мимо ушей возмущенную скороговорку, огляделся. Кабинет ему понравился — пушистый ковер, огромное окно во всю стену из сплошного куска стекла, открывающее панораму летного поля, большой, полированный — и, удивительно, совершенно пустой прямоугольник письменного стола темного дерева, какая-то картина со снежным лесом.
— Тебя же могли ограбить, зарезать, продать в рабство, в конце концов просто съесть! — выходила из себя девушка. Рик улыбнулся ей. Девушка ему решительно нравилась. Но пока он не видел возможности вставить хоть слово, чтобы перевести ее монолог в диалог. Поэтому он продолжал улыбаться, рассматривая ее колышущуюся от бурных эмоций грудь, узкую, подчеркнутую платьем, талию и прекрасную линию бедер.
— Да ты же меня даже не слушаешь! — осеклась она на полуслове.
— Конечно, — радостно согласился он.
— Послушай, Рик Хаш, о чем ты вообще думаешь?
— У тебя потрясающая фигура, — сообщил ей вор, — Я никогда не видел ничего подобного.
Пока она соображала, что ответить на этот безмятежно сказанный комплимент, Рик обошел ее по кругу, как статую, рассматривая с видом восхищенного знатока.
— Черт побери, — сказала она в конце концов, — Пупсик, если ты еще раз нарисуешься на эту планету, я лично сдеру с тебя шкуру, лично выделаю и повешу над своей кроватью!
— Черт побери! — восхищенно парировал юноша, — Рыбонька! Она спрыгнет и изнасилует тебя в первый же вечер!
— Медовая сласть, да не про ослиную пасть, — проворчала она, — Такие, как ты — не в моем вкусе. Осади назад, жеребец.
— Ну зато ты — в моем, — успокоил ее Рик, — А какие мужчины тебе нравятся?
— Никакие, солнышко.
— Гм! — Ну тогда… — Рик погрустнел, вспомнив разговор на подлете к Юулговаям, — Тогда ладно.
— Хорошо, я прилечу сюда еще раз. У тебя есть необходимый инструмент, или его нужно еще покупать? Только ты на самом деле повесь шкуру над кроватью, Нью-Китеж. Мне будет обидно висеть в другом месте.
