"Другая рука... Хочу другую руку..." Кир замолкает и, словно угадывая, протягивает ко мне руку и касается моего лица, ведёт пальцем по носу, переходит на губы и, не задерживаясь, сползает на шею. Повторяет за мной? Замирает во впадинке между ключицами:
- Ты ведь ничего не слышал, из того, что я говорил?
Снимаю с груди его руку, подношу её к губам. Заждался... Запястье, открытая ладонь, перевернуть руку, каждый палец, каждую косточку губами, языком, зубами прихватить, прикусить и всё время – в глаза: "Тебе нравится, Кир?"
- Ты ведь мне расскажешь ещё раз, завтра? – не отрицаю я, прервавшись на миг, чтобы взять в рот указательный палец и начать посасывать его.
Кир кивает, дыхание сбилось – не до слов.
- И послезавтра...
Его губы приоткрыты.
- ...и через неделю...
Кир не отрывает глаз от моего рта.
- ...и через год.
Следит за моим языком.
- Расскажешь мне? – любуюсь эмоциями на его лице.
Глаза моего мальчика туманятся, грудь под рубашкой начинает ходить быстрее. Кивает.
"Нет, Кир, на сегодня хватит. Продолжим завтра, всерьёз. Тебе всё понравится, уверен".
- Спать? – выпуская руку, наклоняюсь ниже и, не дожидаясь ответа, прохожу невесомыми поцелуями по его губам. Напоследок звонко чмокаю в нос. - Да?
- Здесь? - видно, что он разочарован. Хочет ещё? Не-е-ет. Всё завтра.
- Пошли спать, - зову настойчивее.
- А ты... – не даю ему договорить.
Мне не надо сейчас вопросов, ответов, мне просто нужен Кир под боком в моей постели. Ещё раз звонко чмокаю Кира, но уже в губы – запечатываю вместе со следующими словами. Поднимаюсь с пола. Протягиваю руку Киру. Не берёт, встаёт сам. Краснеет. Оглядел себя – вид у него ещё тот: перекошенная полурасстёгнутая рубашка, ветровка. Тяну за рукав:
- Снимешь?
Кир кивает, начинает её стягивать, избегая смотреть на меня. Иду за банным халатом – не хочу смущать его, вижу, что ему неуютно в таком виде.
Как он улыбается мне, как смотрит, когда видит меня, вернувшегося, с халатом. Помогаю ему одеться: стоит смущённый и благодарный. Глядя на такого Кира моё сердце делает дополнительный толчок, выбиваясь из обычного ритма. Вспыхнувший в животе тугой жар, опускается ниже. Член, мгновенно наливаясь кровью, чуть не вспрыгивает. О как! Кир, тебе нельзя так улыбаться – я кончу в секунду. Притягиваю Кира к себе. В халате. Обнимаю. Стесняется. Пытается завязать пояс – руки оказываются зажатыми между нами. Убираю его руки, расцепляю, развожу в стороны. "Хочу почувствовать тебя Кир. Пожалуйста". Не сопротивляется – руки вдоль тела, чуть прижимаю их к бокам: "Так держи, так. Запомнил?" Развожу полы халата в разные стороны. Да! Теперь полотенце – к чёрту. Прижимаю своего мальчика к себе. Чувствую, всего чувствую...
Вот ведь несносный! Всё делает по своему – не стоит спокойно: выскальзывает из моих рук и скидывает с себя халат. Прижимается всем телом, рвано выдыхает. Это выше моих сил!
Я сам не смогу до завтра – не вытерплю.
Глава восемнадцатая
Кир лихорадочно цепляется за меня руками, прижимается ко мне. Лизнул в плечо... Любопытно... Он хотел?.. Притормаживаю, жду, что будет дальше.
