Злость охватила Майлгуира, вдохнула сил, подбросила с места. Он торопливо оделся и сбежал вниз. Семеро лежали одетые, словно магия застала их в момент тревоги. Кормак — у самого входа. Видимо, пытался ползти.
Угрюм нашелся у очага спящим. Волчий король растолкал его, тот смотрел в непонимании, хлопал осоловелыми глазами. Майлгуир вышел наружу, в залитый лунным молоком мир, обошел тех волков, кто был на страже. Нашел шестерых под властью морока, накинул плащ на убитого. С чего его вообще решили прикончить? Как?! Да и кто осмелился бы? От окна потянуло влагой с отчетливой нотой дымной горечи. Контуры деревьев и построек смазывались туманом, а потом луна спряталась за горами. Небо оставалось темным, и эти безумные дни вдруг показались волчьему королю мороком, наваждением — может, и Мэренн ему пригрезилась? Слишком хороша была волчица, слишком влюблена в него — и слишком… все было слишком.
Майлгуир вспомнил ее танец, серо-зеленые чистые глаза, белоснежную кожу, вишневые губы…
Ну уж нет! Он отыщет Мэренн, свою законную королеву, даже если придется перевернуть небо и землю!
***
Джаред заметил завихрения силы — спирали, ловящие след — еще на подъезде к дому Угрюма. Сам советник, будучи совершенно лишен магии, оставался к ней невероятно чувствительным. Это ощущение было сродни ощущению потери, словно смотреть на птицу, чувствовать каждый взмах ее крыльев и понимать, что сам не взлетишь никогда.
Сейчас Джаред видел ясно: король потянул магию отовсюду — из земли, из неба, даже из волков, и без того истощенных. Шелестела трава, стонали камни Вороновых гор, недовольно журчал водопад, изгибался волнами туман. Это говорило о том, что Майлгуир был жив и упрямо что-то искал, и советник выдохнул с облегчением. Тут Джареда догнал подоспевший отряд. Советник отдал приказ знакомому сотнику, и тот отправил волков во все стороны. И конечно же, в дом.
Отравой тянуло отовсюду, и Джаред пожалел, что король не взял его. Почему не учуял Угрюм? Как полукровка, он должен быть более чувствителен к запахам!
Везде пахло отравой и с одной стороны смертью. Королевский волк, не почуявший беды, убитый во сне на страже — как это возможно?
Смерть ощущалась только одна, шестеро стражей были то ли опоены, то ли околдованы.
Семеро в доме, и Угрюм в беспамятстве.
Джаред торопливо обойдя весь дом, взбежал по ступенькам к королевским покоям. Постель смята, королевы нет.
Майлгуир, стоя спиной к нему, с хлопком сложил руки, затем припечатал ладони к столу перед собой.
— Мэренн украли, — глухо сказал он. Обернулся, глянул серыми глазами, потемневшими до черноты бури. — Смотри!
На серой пыли, тонким слоем покрывавшей стол, отчетливо проступила лилия.
Символ северного рода. Места, откуда приехал Антэйн.
— Я достану его из-под земли, — произнес Джаред.
— Я сам его достану. А потом — зарою! — рыкнул король, полоснув взглядом, словно мечом. — Что с волками?
— Живы. Все, кроме того, что стоял под вашими окнами.
— Следы?
— Никаких, мой король.
— Мэллин?
— Алан не выпустит его из цитадели, — понимая беспокойство короля, произнес Джаред.
— Сколько воинов?
— Сколько пожелаете, мой король. Не стоит ли дождаться зари?
— Не стоит! — рявкнул Майлгуир, а советник лишь вздохнул.
Чего и следовало ожидать.
— Следов магии хватит для того, чтобы Кроук и Ллвид оказали вам все необходимое содействие. Разрешите сопровождать вас, мой король?
— Я поеду один. Расспроси Угрюма.
Джаред дернул щекой. «Расспроси», а не «допроси». На расспросах далеко не уедешь, а советник был зол до той степени, когда ради правды мог бы и приложить основательно. Все одно — за ночь срастутся даже кости.
— Антэйн. Что известно? — король говорил коротко, задыхаясь от ярости и боли.
— Уехал сегодня поутру, после того, как отбыли вы с королевой.
Майлгуир застегнул перевязь, похлопал Джареда по плечу.
— Благой Двор на тебе, племянник.
— Возьмите хотя бы… — вскинулся Джаред.
— Возьму. Семерых и сменных коней.
— Удачи вам, мой король, — тихо выговорил советник.
Майлгуир унесся, злой как сто фоморов, а Джаред присел подле Угрюма в раздумьях, правильно ли он сделал, умолчав о том, что узнал. С одной стороны, король впрямую его и не спрашивал, так что явной лжи не было. С другой, утаивать правду от того, кого Джаред считал своей почти единственной родней, было не слишком хорошо.
Но всегда есть третья сторона, раздумывал советник, проверяя биение пульса полукровки, слабое, частое. Поднял веко. Плохо дело, но Угрюм выкарабкается.
На что способен волчий король после знания о том, что похитили не просто Мэренн, королеву Майлгуира, похитили мать его нерожденных детей…
— Ты тоже это понял, да, Джаред? — слабо ворочая языком, произнес Угрюм. — Сияние. Сильное, двойное. Очень сильное! Может, еще и поэтому нас так пришибло.
— Никому ни слова, — холодно произнес советник.
— Никто и не понял, — кашляя кровью, ответил Угрюм. — А я Майлгуиру не враг, как ты понять не можешь. Мальчик и девочка, это ли не чудо? Говорил я, место священное! Может, поэтому и украли?..
— Рот свой поганый закрой! — медленно выговорил Джаред, придавливая шею Угрюму.
