– Почему мы не спустились сюда раньше? – спросил Даниель, когда они поставили ящики в круг.
– Потому что мы хотели, чтобы они нас слышали, – ответил Жан Ги.
– Значит, ты знал об этом ключе? И о плане спуститься сюда?
– Нет, но я доверяю твоему отцу.
Даниель посмотрел на Жана Ги с открытым, нескрываемым изумлением. И у него защемило сердце.
Его отца и этого человека связывало нечто большее, чем чувство товарищества и дружбы. Даже большее, чем кровные узы.
Даниель вдруг понял, что никогда, ни при каких обстоятельствах не сможет соперничать с Жаном Ги. Когда-нибудь, может быть, но не теперь. Теперь было слишком поздно.
Он уже давно уступил Жану Ги свое место рядом с отцом.
– Поскольку они все равно прослушивали нас, – сказал Арман, – имело смысл использовать это в свою пользу. Говорить им только то, о чем мы хотели их известить…
– …и не говорить всего, что мы знаем, – подхватил Жан Ги. – Пусть они думают, что мы гораздо дальше от истины, чем на самом деле.
– Вы не сказали им правду о Луазеле, – заговорила мадам Арбур. – Это меня озадачило.
– Спасибо, что промолчали, – ответил ей Жан Ги.
– Послушайте, я просто пытаюсь держать голову над водой, – зачастила она. – Я понятия не имею, что происходит.
Сидя напротив нее на ящике, Арман спросил себя, правда ли это. Дополнительное преимущество этого помещения состояло в том, что, хотя ни одно сообщение не могло быть здесь получено, зато и ни одно сообщение не могло быть отсюда отправлено.
Они находились в изоляции. И это было хорошо.
Но при этом они находились в ловушке. И это было плохо.
– Так что там с Луазелем? – спросил Гамаш.
Но прежде чем Жан Ги начал отвечать, Рейн-Мари дотронулась до руки Армана:
– Если собрание в ГХС состоится завтра утром, то члены совета директоров уже должны быть в Париже?
– Да, вероятно. А что?
– И где они остановятся? Большинство из них живут не в Париже.
Арман посмотрел на жену с восхищением. Как же он упустил это из виду?
– В отеле, – сказал он.
– В роскошном отеле, – подчеркнула она.
Жан Ги широко раскрыл глаза:
– Так вот почему Стивен решил остановиться в «Георге Пятом», а не в «Лютеции» или каком-нибудь другом отеле? Он знал, что здесь разместят членов совета директоров.
– Бьюсь об заклад, что Стивен именно здесь договорился встретиться с человеком из совета, – сказал Даниель. – Чтобы поставить точку в сделке и выкупить акции.
– Когда будем уходить, мне придется поговорить об этом с генеральным менеджером, – сказал Арман.
– Я могу подняться прямо сейчас и спросить у нее, – вызвался Жан Ги.
– Неплохая идея, – сказал Арман, потом прищурился. – Ты вернешься?
– Может быть, – кивнул Жан Ги, забирая у Армана ключ и карту.
Затем он посмотрел на дверь. Его дорогу отсюда. Дорогу наверх. И предложил ключ и карту Рейн-Мари:
– Лучше идите вы. Генеральный менеджер знает вас и с большей вероятностью скажет вам то, что мы хотим знать.
– Ты уверен?
Если судить по его виду, то вряд ли. Тем не менее он ответил:
– Oui.
– Быстро иди к лифту, – сказал Арман, напутствуя Рейн-Мари. – Если тебя остановят, крикни, и мы придем.
– D’accord[75].
Он незаметно отдал ей свой телефон и прошептал:
– Возьми его. Когда будешь наверху, загрузятся сообщения.
Рейн-Мари вышла из комнаты. Убедившись, что она безопасно дошла до лифта, Гамаш закрыл дверь.
– Ну хорошо, – сказал он, садясь на ящик и наклоняясь к Бовуару. – Что ты собирался нам рассказать про Луазеля?
– Он вел за мной наблюдение, потому что хотел поговорить.
– Поговорить? – спросил Гамаш. – То есть пригрозить?
– Нет, именно поговорить.
– О чем? – спросил Даниель.
Жан Ги рассказал все. Северин Арбур время от времени вставляла что-то от себя.
– И ты ему поверил, – сказал Гамаш, когда они закончили. – Поверил в то, что теперь он хочет работать на нас. Довольно крутой поворот.
В это время раздался стук в дверь.
– Арман?
Он открыл дверь, Рейн-Мари быстро вошла внутрь и, обняв его, незаметно сунула телефон ему в карман.
– Быстро ты.
Это не сулило ничего хорошего.
– Мадам Белан сразу же меня приняла. По ее словам, члены совета директоров в отеле не останавливались и никакой встречи здесь не предполагается.
– Черт, – расстроился Жан Ги. – А какая хорошая была версия.
– Но?.. – сказал Арман, глядя в горящие от возбуждения глаза Рейн-Мари.
– Но мадам Белан знает, где они остановились и где предполагается встреча. Догадайтесь.
– В «Лютеции», – выпалил Жан Ги.
– Oui.
Они переглянулись. И улыбнулись. Да. Их расследование продвигалось вперед.
Рейн-Мари была введена в курс дела насчет Ксавье Луазеля и желания оперативника «Секюр Форт» перейти на их сторону.
Она внимательно выслушала их, переглядываясь с мужем и вспоминая его предупреждение. О том, что следующее, что попытается сделать противник, – это подсадить им «крота».
И теперь у них имелись два потенциальных кандидата на эту роль. Мадам Арбур и Луазель.
– Ты поверил ему? – спросила она, невольно повторяя вопрос Армана.
– Если честно, я долго колебался, но все-таки решил, что он, скорее всего, говорит правду.
– Скорее всего? – переспросил Даниель. – Разве этого достаточно?
