Чтобы Даниель знал, что он не один. Его отец защитит его, несмотря ни на что.
Он не хотел потерять его.
– Я не ребенок, – отрезал Даниель. – Я в тебе не нуждаюсь. Никогда не нуждался и не буду нуждаться.
Он повернулся спиной к отцу и вышел.
Анни, Рейн-Мари, Жан Ги и Северин встали, когда Даниель спустился.
– Все отлично, – сказал он.
Но Рейн-Мари ему было не провести. Она знала, что такое «отлично».
Арман спустился не сразу. Ему потребовалось время, чтобы плеснуть водой в лицо. И взять себя в руки. А еще он заглянул к Оноре и легонько поцеловал спящего мальчика в лоб.
Идя по лестнице, он услышал слова Даниеля, обращенные к матери:
– Извини, что не отвечал на твои звонки. Я был у Стивена и не хотел, чтобы меня беспокоили. – Потом он повернулся к Северин Арбур. – Мы знакомы?
– Я работаю с Жаном Ги.
Она рассказала, что Бовуар приехал к ней домой и попросил о помощи.
Арман поздоровался с ней и поблагодарил ее за то, что она с ними.
– Присядем за обеденный стол, – предложил он.
Рейн-Мари подошла к Арману, взяла его за руку и прошептала:
– Она и вправду здесь для помощи? Ты говорил, они могут подсадить нам кого-то. Не ее ли?
– Возможно, – прошептал он. – Но это Жан Ги пришел к ней, а не наоборот.
– О чем вы там шепчетесь? – спросила Анни.
– О еде, – откликнулась Рейн-Мари. – О том, что заказать.
– Это хорошо, а то я умираю от голода.
Они заказали сэндвичи, сладкое и напитки.
– Это будет стоить мне второй почки, – прошептала Рейн-Мари.
Арман попросил также принести мольберт, бумагу и фломастеры.
– Если ты еще интересуешься, – сказал Даниель, обращаясь к матери и игнорируя отца, – я был-таки у комиссара Фонтен. Сказал ей, что знал Александра Плесснера. Что он был для меня кем-то вроде наставника в отделе венчурного капитала.
– И как она прореагировала? – спросил Арман.
То, что произошло наверху, на время следовало отодвинуть в сторону. Сейчас были вопросы более важные, требующие быстрого решения.
Даниель повернулся к нему, и на миг Арману показалось, что сын не станет отвечать.
– Похоже, она не была удивлена.
Тон был резким, но все-таки он ответил.
– Вероятно, она и без того уже знала, – сказал Арман. – Она задавала какие-то вопросы?
– Спрашивала, во что мы инвестировали.
– И?.. – спросил Жан Ги.
– Пока мы сделали только одно вложение. В небольшую компанию, которой требовался капитал для роста. Особого результата ждать не стоит. Это пробный вариант для выявления трудностей.
– Как называется компания? – спросил Жан Ги, доставая ручку и блокнот.
– «Вставим».
– Как? – Жан Ги уставился на Даниеля.
– Это название компании. – Даниель улыбнулся. – Ее основали два недавних выпускника политехнического колледжа. Инженеры-механики. Они решили, что так будет забавно. Мы считаем, что это инфантильно. Сейчас мы в процессе согласования нового названия. «Ввинтим».
– Так лучше? – спросила Анни.
– Ну, менее агрессивно, более игриво.
– Да уж, – пробормотала его сестра. – Ничуть не инфантильно.
– А что они изготовляют? – спросила Рейн-Мари.
– Гайковерты со сменными насадками.
– Это такой инструмент? – спросил Жан Ги.
– Да.
– А почему вы выбрали эту компанию? – спросил Арман.
– Месье Плесснер видел в ней потенциал. Это была его идея, не моя.
Ответы Даниеля отцу оставались лаконичными, хотя и становились длиннее.
– И с тех пор ничего?
– Ничего.
– Плесснер больше ничего не предлагал? – продолжал докапываться его отец.
– Ну, мы рассматривали еще две компании. Одна изготовляет шайбы – такие металлические колечки, которые надевают на болты. А другая изготовляет болты и гайки.
– Ух ты, – сказал Жан Ги. – Это интересно.
– Интересно? – удивилась Анни. – Правда?
– Вообще-то, да. В коробке Стивена лежало несколько болтов. Мы думали, они от письменных столов наверху, но, может, это часть разысканий по данному венчурному вкладу.
– Вам это о чем-нибудь говорит? – спросил Арман у Северин Арбур.
Она задумалась, потом отрицательно покачала головой:
– Никогда не слышала об этой компании и никогда не видела упоминания гайковертов в каких-либо документах. Болты там упоминаются, но мы их используем в больших количествах. И гвозди. И шайбы, о которых вы упомянули. Но про гайковерты я не знаю.
Гамаш кивнул, но его задумчивый взгляд задержался на ней.
«Он пытается понять, что знаю я», – подумала она. И подумала о том, что удалось узнать ему.
Арман повернулся к Даниелю:
– Мы можем считать, что за тем капиталом, который вы с месье Плесснером вложили в эту компанию, стоял Стивен.
– Нет, ты ошибаешься. Деньги поступили из некоего фонда, куда они пришли из разных источников.
– Все эти разные источники принадлежали Стивену. Миссис Макгилликадди подтвердила это.
– Правда? – с искренним удивлением воскликнул Даниель. – Но почему он не сказал мне?
– Для тебя так было безопаснее, – сказала Рейн-Мари.
Они рассказали о том, что Стивен распродал свою коллекцию картин, и о найденных миссис Макгилликадди ордерах на покупку, выпускавшихся на протяжении нескольких лет.
Об инвестициях, которые Стивен потихоньку делал в разные компании.
И об огромных фондах, переведенных на его счет в Инвестиционном торговом банке.
