Голос был мертвым. И от него у мужчины короткие волоски на загривке стали дыбом. Эдмунда больше не было. В кресле сидел живой труп.
- Я… сделал тебе больно… - пробормотал Чезаре, всеми фибрами души ощущая боль это прекрасного существа, которое даже не смотрело на него.
- Ты унизил меня, - как-то очень спокойно поправил его омега.
- Прости меня, - со всем возможным раскаянием, которое одолевало его в этот момент, сказал альфа.
- Прощаю, - так же спокойно ответил Эдмунд.
И от этого единственного слова Чезаре почувствовал себя настоящим монстром, каких надо убивать еще в утробе матери. Альфа ожидал чего угодно: криков, плача, упреков, любых требований, испуга… Но не этого. Не живого трупа.
Эдмунд не смотрел на Чезаре, ему не хватало мужества. Где-то в глубине души он удивлялся раскаянию и вине, которые сквозили в каждом слове мужчины. А еще глубже сидел страх, который останется там до самой смерти. Альфа очень медленно, будто боясь спугнуть, прикоснулся кончиками пальцев к кисти омеги. Тот неловко убрал руку. Ему самому было противно прикасаться к себе. Когда это сделал Чезаре, стало совсем плохо.
- У меня в комнате ванна стоит, - негромко сказал альфа, положив свою руку рядом с рукой омеги, но не касаясь ее, - В ней горячая вода. Пойдем? - ласково спросил он.
- Не хочу,- просто сказал Эдмунд.
Мужчина помолчал, пытаясь придумать аргументы, чтобы убедить омегу. Но в голову ничего не шло кроме очевидного.
- В воде… в ней всегда легче становится, - наконец сказал он. - Она мышцы расслабит. И боль притупит.
Эдмунд на его слова никак не отреагировал. Он все смотрел на танцующий огонек свечи, палец поглаживал обивку кресла. Чезаре посидел с ним рядом несколько минут. Затем встал и медленно поставил свечу на пол, Эдмунд глазами проследил ее путь, после чего поднял взгляд на альфу, остановившись где-то на уровне его плеч. Чезаре очень медленно наклонился, рассчитывая каждое свое движение, чтобы не напугать омегу. Осторожно подложил руки под спину и колени и поднял с кресла. Эдмунд тихонько вскрикнул от боли.
- Все уже.. все, - успокаивающе прошептал альфа, прикоснувшись губами к виску.
Эдмунд положил голову ему на плечо, будто она была слишком тяжелой для его шеи. Руки безвольно повисли, пока Чезаре нес парня в свою комнату.
Здесь было гораздо теплее, во всю горел камин, несколько свечей стояли на столе, на котором вновь был ворох каких-то бумаг. Большая ванна стояла у камина, огонь отбрасывал с гладкой рыжеватой поверхности шаловливые блики. Альфа бережно поставил омегу на пол перед ванной, затем осторожно снял плащ с голых плеч и положил его на кровать. Эдмунд стоял, опустив голову, волосы по обыкновению закрыли лицо и спину.
Но Чезаре все равно разглядел с десяток мелких засосов и синяков на фарфоровой коже, виднелись следы особенно сильных укусов. Мужчина тяжело вздохнул. Он очень очень осторожно, почти нежно убрал локоны с лица омеги, потом руки медленно проскользили по плечам до ребер, а оттуда перекочевали на кромку брюк. Эдмунд по-прежнему стоял, не шевелясь.
- Я только помогу тебе, - ласково проговорил мужчина, медленно спуская брюки. Бедра были в ярких сине-фиолетовых и багровых синяках, которые как раз подходили под размер пальцев альфы.
Монстр. Чудовище. Зверь.
Мужчина поднял Эдмунда на руки, на этот раз омега сдержался и только поморщился, а затем опустил в горячую воду. Эдмунд трогательно обхватил себя руками и положил голову на бортик ванны, чуть прикрыв глаза. Альфа опустил руки в воду, осторожно провел ими по коленям парня. Тот двинул ногами, явно желая отстраниться. Мужчина послушно убрал руки.
- Не трогай меня, пожалуйста, - попросил омега, не открывая глаз.
- Хорошо. Не буду.
Чезаре отошел от Эдмунда и сел на кровать так, чтобы парень его не видел, чтобы зря его не нервировать.
Так прошел час. Эдмунд просто лежал в воде, альфа смотрел на него, ужасаясь тому, что он наделал. Не было в его жизни такого, чтобы в варварском порыве он обидел слабого, чтобы сознательно навредил омеге, женщине или ребенку. Он даже со шлюхами был почти вежлив, за что они его и любили. А с Эдмундом… Альфа помотал головой.
Он подошел к ванне, незаметно потрогал воду.
- Синеглазка, вода холодная, - тихо позвал он Эдмунда. - Надо вылезать.
- Я не хочу, - пробормотал омега, с трудом открывая глаза.
- Надо, - мягко проговорил мужчина. - Ты заболеешь.
- Ну и что?
Альфа проигнорировал этот вопрос. Он так же осторожно поднял Эдмунда и вытащил из воды, потом завернул в простыню и опустил омегу на кровать таким образом, чтобы он полусидел-полулежал. Эдмунд принялся вяло высушивать свои волосы. Ему просто не нравилось, когда они прилипали к телу. Тут в дверь постучали, Чезаре открыл ее и забрал какую-то кружку у девушки, стоящей в коридоре. Затем сел на постель рядом с омегой и протянул ее Эдмунду.
- Попей чуть-чуть. Это просто горячее вино с травами, - сказал Чезаре, вкладывая круглую кружку в тонкие пальцы.
Эдмунд принял ее и сделал пару глотков, затем протянул вино обратно. Но альфа слегка покачал головой.
