Дух Сталина уже оставил его тело в марте 1953 г., но
еще витал над страной.
В 1953 г. на Сентябрьском пленуме ЦК коммунистической
партии было принято решение «О мерах по укреплению
колхозов и совхозов руководящими кадрами.
Необходимо было мобилизовать для этого 30 тысяч
руководящих работников из различных предприятий и
организаций.
Я уже работал в СКБ—3, когда там появилась комиссия
для мобилизации кадров на работу в село.
Назначенцам отказаться от этой работы невозможно
было. Могли получить «черный билет».
Вызвали и меня.
Председатель комиссии говорит мне: «Для укрепления
кадров села, партия приняла решение послать Вас на работу
в колхоз».
Я ответил: « Понимаю важность этого мероприятия, но,
к сожалению, не могу никуда ехать, т.к. у меня больная мать.
Из—за этого не смог поехать после окончания института по
назначению и получил свободный диплом».
В этой комиссии была одна дама со вздутой крашенной
прической, называемой «хала». Ходила шутка, что такая
прическа обладала свойством впитывать в себя ум из головы.
Эта дама говорит мне: «Вы можете взять свою мать с
собой».
Это уже была наглость, на которую надо было ответить.
Я сказал: «Партия является для нас примером. И вы
можете это доказать. Берёте Вашу мать, а я свою и едем__работать
в колхоз вместе. Правда мне необходимо будет
свою связать, т.к. она добровольно не поедет из—за того,
что у нее глубокая депрессия после гибели на фронте мужа,
моего отца, защищавшего Родину, чтобы мы все могли жить,
работать и строить коммунизм (про себя подумал, пока не
накоммуниздит)». И вышел из комнаты. Пронесло.
Я уже написал, что перешёл работать в СКБ—3
руководителем группы технологов механической обработки
металлов. Когда была выполнена работа по составлению
технологии деталей станка над которым мы работали, повёз
сдавать её в Днепропетровск, на завод деревообрабатывающих
станков. Её приняли и все наши папки положили в шкаф.
Оказалось, что наша работа нужна заводу, чтобы показать
работникам министерства наличие технологической
документации. И все. А в цехе рабочие работают по временной
технологии и расценкам.
Стало неинтересно работать. В это время в нашем отделе
организовалась группа по разработке литейной технологии
и оснастки. Руководитель Леонид Владимирович Вайсер. Я
перешёл к нему в группу. Ему пришла идея делать литейные
модели из пластмассы.
Сотрудница стоматологического института помогла нам
сделать небольшую модель в нашей гипсовой формочке, а
из оставшегося комочка зубоврачебной пластмассы ловко
сделала лебедя размером 1,5 х 2,0 см. Очень изящного. Он до
сих пор у меня.
Мы подобрали состав пластмассы, чтобы модели были
дешевле. Вайсер принёс неизвестные мне бланки. чтобы
оформить заявку на изобретение. Послали заявку и получили
авторское свидетельство на изобретение. Потом ещё одно.
Во мне проснулся изобретатель.
Пауло Коэльо написал: «Чтобы жить полной жизнью,
надо находится в постоянном движении и только тогда один
день не будет похож на другой».
В будущей жизни послал в Комитет изобретений 300
заявок и получил 56 авторских свидетельств. Кроме этого
опубликовал 70 статей по своей научной тематике, издал 6
книг (из них 3 в соавторстве).
Когда работал на заводе, в перерыв обедал в заводской
столовой. В восторге не был.
После перехода в СКБ—3 появилась возможность
выбора, где можно покушать в обед. Выбрал столовую на
Дерибасовской. В ней ещё был зал для диетчиков, которых
кормили по талонам.
В то время посетителей обслуживали официанты, а это
занимало много времени. Поэтому один из нас сбегал раньше
с работы и заказывал обед на четверых. Я же познакомился с
сестрой хозяйкой, заведующим столовой и в итоге «переплыл»
в диетный зал. Там была хорошая пища —куриные супчики,
куриные и морковные котлеты и т. п.
Но и там были официантки. Ко мне уже так привыкли,
что разрешили самому идти к раздаче пищи и платить за еду
в кассу. Мне всегда порции увеличивали, а в кассу я платил
70% стоимости, как для членов коллектива.
А коллектив был весёлый и простой в обращении.
Они отмечали все торжественные даты. Однажды и меня
пригласили. Сестра—хозяйка Мария Константиновна
произнесла тост за «почётного диетчика». Это продолжалось
несколько лет.
После окончания каждого праздника Мария
Константиновна поручала мне проводить кого—либо из
сотрудников домой.
Управление столовыми приобрело чудо того времени
— автомат для выпечки пирожков с повидлом и передало
его диет—столовой. Его установили в окне, выходящим
на Дерибасовскую. На улице перед окном всегда стояли
любопытные и смотрели как пекутся пирожки. Один пирожок
стоил 3 копейки и их быстро раскупали еще горячими.
Когда перешел работать в СКБ—3, в центре города, у
