— Incorporeus spiritus invito te15, — подсказал тот, кто всё ещё томился в детском теле.
— Incorporeus spiritus invito te, — послушно повторила Мира.
Мира сунула жабу под нос существу. То кивнуло. Потом вздрогнуло. Потом затряслось.
Потом Дима судорожно вздохнул и разрыдался. А жаба поправила бабочку.
— Ну, я пойду? — неловко спросила Мира, наблюдая за тем, как рыдающие родители обнимают рыдающего сына. — Экзамены, всё такое…
Мира не сомневалась, что должна забрать жабу. Никто на неё и не претендовал. Единственный вопрос, который смущал Миру, может ли она нести жабу просто подмышкой, как обычную плюшевую игрушку, или это будет неуважительно.
Эксперты по нечисти тоже осторожно потянулись на выход. О плате за изгнание духа они не заикались. Священник похлопал Миру по плечу, а затем перекрестил. Он выглядел несколько потерянно.
Поднимаясь к себе с плюшевой жабой в вытянутых руках, Мира подумала, что это был довольно странный день, а потому экзамен точно должен пройти без проблем. Должна же быть в этом мире справедливость! Вот духи же есть, почему бы не существовать справедливости?
Начинать думать о том, что она только что изгнала какого-то беса и эта сущность теперь, видимо, будет жить с ней, Мира решила только после того, как лектор распишется в зачетке.
Сущность вяло пошевелила плюшевой лапой. Мира неуклюже, одной рукой, открыла свою дверь, прямо в обуви прошла в комнату и посадила жабу на стол. Подумала, что надо что-то сказать. Подумала, что больше не может.
Открыла онлайн-переводчик. На скорую руку написала пару абзацев о том, что так общаться ей будет проще, и о том, что сейчас ей нужно готовиться к важным экзаменам, а обсудить сегодняшний день они смогут позже.
О том, что «позже» у неё, вероятнее всего, будет нервный срыв, Мира тактично умолчала.
Жаба кивнула.
Мира отхлебнула холодный кофе. Открыла «Википедию» на латыни и очень медленно показала сущности, куда жать, чтобы открыть новые статьи.
Сущность заинтересовалась.
Мира вернулась к лекциям.
Жизнь потекла своим чередом.
— Quod tu es16? — спросила Мира через час, отвлекшись от чтения, чтобы размять шею.
Вопрос, что же такое она обнаружила, не давал ей покоя всё это время, хоть и немного фоново.
Плюшевые пальцы застучали по клавишам. «Википедия» продемонстрировала страницу про демонов.
— В общем-то ожидаемо, — пробормотала Мира и пошла ставить чайник.
Звонок в дверь прозвучал, когда Мира уже допила полчашки чая, а демон заинтересованно просматривал галерею картин Уотерхауса.
Звонка Мира тоже ждала. Если что и было для нее очевидным за весь этот день, так это то, что теперь к ней должна прийти какая-то организация, которая занимается тем, что скрывает от обычных людей мир демонов, духов и кто там оказывается тоже существует, а также поддерживает баланс, решает конфликты и спасает людей от распоясавшихся сущностей. Ведь если они существуют, то кто-то же должен их прятать и контролировать. Иначе бы Мира о них знала.
Звонок прозвенел ещё раз, выдергивая Миру из размышлений.
За дверью стояла девушка в плаще с глухим капюшоном, из-под которого были видны только половина лица и выбивающиеся волосы.
— Мирослава? — строго спросила девушка.
Мира поняла, что сейчас её попросят либо присоединиться к тайной организации, либо пройти какую-нибудь процедуру стирания памяти.
— Мне порекомендовали обратиться к вам. Понимаете, у меня есть небольшая проблемка. Вы ведь занимаетесь подобным?
Девушка открыла рот.
Мира задумчиво посмотрела на аномально длинные клыки.
— Земельный участок площадью ноль целых шесть сотых гектара, кадастровый… — судья перечислила всю цифирь и все находившиеся на даче постройки, включая сортир системы «дырка», — а также автомобиль марки «Джили-Гранд», госномер… — ни разу не сбившись, перечислила и госномер, — признаётся собственностью бывшего супруга Табашкина Платона Рэмовича. Квартира же, кадастровый номер, адрес Губернаторская, шестнадцать… — мерный голос судьи отбубнил ещё какие-то цифры, — и автомобиль марки «Ниссан-Кашкай» признаётся собственностью бывшей супруги Мальдред Аделины Вальтеровны. Настоящее решение вступает в силу, если в течение четырнадцати календарных дней…
— Протестую! Ходатайствую! — вскочила с места дама со следами былой красоты на лице. Пергидрольные пряди взметнулись струями метели. — Где перечисление драгоценных предметов? Не совместно приобреталось, пасхальное яйцо прабабушкино!
— По закону я должна удалить вас из зала за нарушение порядка, — невозмутимо отозвалась судья и поправила мантию. На секунду в вырезе мелькнула белая шаль-паутинка из козьего пуха. — Но за вами сохраняется право обжалования.
Она величественно повернулась и исчезла — одним плавным, но быстрым движением.
— Аделина Вальтеровна! — вскочила и поверенная гражданки Мальдред. Руки её двигались цифровым способом: только что так — уже эдак, без промежуточных положений. — Подаём апелляцию! Проект готов, идёмте, подпишем!
