— Странные вы. Откуда хоть?
— Из-за моря. Велеинс. Слыхали?
— Как не слыхать? Велеинс — большая земля, сильная. Магов своих имеет множество. А вы, чужеземцы, не маги часом?
Дин опасливо глянула на Тина: признается или нет? После Фирны-то! Тот, однако, что-то уже решил для себя, а потому ответил, почти не задумываясь:
— Я маг-стихийник.
Суровый воин, вероятно, силился сдержать счастливую улыбку, отчего его физиономию слегка перекосило, однако он быстро справился с проявлением непрошеных эмоций.
— Нам нужна ваша помощь, — произнес он таким тоном, что стало ясно — не окажи маг немедленно эту самую помощь, произойдет непоправимое. Вероятно, с самим магом.
— А что у вас случилось? — осторожно поинтересовался Тин.
— Вода уходит.
— Это как? — снова подала голос Дин — при словах об уходящей воде представилась масштабная катастрофа, с которой вряд ли справится один захудалый… ну ладно, пусть даже очень хороший маг-стихийник.
— В приграничном селении ключ иссякает. Особый ключ. Мало того, что он все селение влагой питает, так еще и целебная в нем вода, люди за ней из разных ходят, как величайшую драгоценность берут… Брали. Потому что нечего стало брать — самим сельчанам уже на самые насущные нужды едва хватает. Для всего остального приходится теперь с немалыми трудностями издалека возить. Вот, — вздохнул командир, — если можно что-то сделать…
— Я не знаю, — неуверенно начал Тин, — если источник русло сменил или очень глубоко ушел, мне может и сил не хватить.
— Нет, — возразил воин, — Ирда, знахарка наша, ходила, землю слушала. Говорит: колдовством там пахнет. И вода совсем близко, а пробиться наверх не может. Молодежь порывалась раскопать да проверить, но старики не пустили: предками заповедано в это место ни руками, ни железом не лезть, а если что случится, то уповать на чудо.
— Что ж, надо попробовать, — заявил Тин, поднимаясь с одеяла.
— Ты уверен? — забеспокоилась Дин. — Ты точно полностью восстановился?
— Все хорошо, Дин, — парень лучезарно улыбнулся.
Однако Дин почему-то не поверила этой улыбке — в памяти были еще свежи те безумные часы, когда она боролась за жизнь друга, и мысль о том, что он вновь будет тратиться, едва успев прийти в себя, вызывала в ней ужас.
Вот только увещевать Тина было бесполезно, все равно не откажется. Поэтому к ужасу примешивалась гордость за Тина, готового прийти на помощь людям, даже если ему самому эта помощь может даться нелегко. Все-таки ей очень повезло с другом.
На самом деле Тин вовсе не чувствовал в себе достаточно сил, чтобы полноценно заниматься магией, все же перенесенная болезнь все еще аукалась. Но все-таки он не считал себя достойным восхищенных взглядов, которые бросал на него младший друг, поскольку взялся за это дело не столько из желания бескорыстно помочь незнакомым людям, сколько из любопытства и азарта.
Было интересно, справится ли он. Ужасно хотелось попробовать свои силы именно в той области, в которой он получил образование. Ибо кому, как не стихийному магу искать ушедшую воду и призывать ее вернуться? Тем более здесь, в Талвое, где своих магов — раз-два и обчелся, да и те слабенькие совсем.
Идти пришлось не меньше полутора часов, даром что командир назвал селение приграничным. Лошадей вели в поводу.
Воины доставили их в дом местной знахарки. Ирда оказалась тетенькой средних лет, кругленькой и такой гладко-аккуратной, словно специально приготовилась к приему дорогих гостей. И засуетилась сразу:
— Поесть бы вам. Чую ведь, подняли с ночлега и сюда поволокли, разбойники.
Воины пристыженно потупились и поспешили покинуть избу, остался только старший:
— Ты им, Ирда, расскажи, что с родником-то случилось. Ты в этом больше моего понимаешь и объяснишь лучше.
— Пусть поедят сперва, — сердито отозвалась знахарка, — нечего людей мучить!
Еда и в самом деле пришлась очень кстати. Здесь, совсем недалеко от границы с Фирной, готовили совсем по-другому: не было той мешанины специй, которые, споря друг с другом, перебивали вкус любой пищи, все было очень просто, но оттого и вкусно. А может, Тину просто так с голодухи показалось.
Дождавшись, пока гости утолят первый голод, Ирда заговорила:
— Вот послушай, маг… Я ходила туда. Ходила — смотрела. И слушала. Вода ведь — она как зеркало, все отражает, на любое дуновение откликается. А тут — ровно кто жилу узлом завязал. Смотришь — и взгляд вязнет. Слушаешь — и шуршание вместо биения. Водяную-то жилу узлом поди завяжи, она ведь вывернется. Но здесь в самой середке чувствуется что-то чужеродное, неживое. Вот оно узел и держит, наверно.
Объяснение знахарки было образным, но Тину мало о чем говорило: узлы какие-то, неживые предметы. Надо было проверить самому, что там происходит.
— Отведете нас туда?
— Ну а как же! — обрадовалась Ирда.
Родник находился за околицей, у самой кромки леса — крохотное озерцо с каменистым дном и берегами. Судя по следам на прибрежных валунах, еще недавно оно было заполнено водой до краев, но сейчас изрядно обмелело. В центре, где вода прорывалась на поверхность, вместо бойкого фонтанчика наблюдалось едва заметное колыхание.
