Сара еще раз просмотрела разложенные веером по кровати бумаги. Несомненно, Руперт со всей тщательностью изучил прошлое Лили Донован, а точнее, как он наверняка выяснил, Лили Дауз. Видимо, все началось с попыток доказать, что Лили не была родственницей Обри Тейлора, много лет возглавлявшего Клиффское костровое общество, и, следовательно, недостойна вступить туда. Простая предосторожность от шантажа с ее стороны. А потом он наткнулся на золотую жилу. Мало того что Лили не состояла в родстве с Обри Тейлором, она еще и была родом из цирковой семьи и большую часть жизни разъезжала с труппой по всей стране. Потом вышла замуж за миллионера Фрэнка Джейкобса и провернула одну из самых долгоиграющих афер, о каких Сара когда-либо слышала.
Документы доказывали, что Лили была связана с пирамидой «Столы даров» – мошеннической схемой, которая началась в среде домохозяек зрелых лет и строилась на идее «сестринства» с привлечением новых участниц. «Стол» включал четыре уровня: «закуска», «суп и салат», «основное блюдо» и «десерт». Вступить в него можно было по «приглашению». Каждая вступающая на уровень «закуски» приносила дар в пять тысяч фунтов женщине с уровня «десерта». Потом она могла подняться выше, набрав нужное число новых участниц. А участница с верхнего уровня, получившая сорок тысяч фунтов, могла отделиться и возглавить новую пирамиду. Схема держалась на том, что в нее вступали все новые и новые женщины, но мало кому удавалось подняться до уровня «десерта». Если «столу» не удавалось набрать достаточно новых участниц, пирамида рушилась, и тогда вновь вступившие оставались ни с чем, потеряв по пять тысяч фунтов.
Одно то, что Лили жила под чужим именем, лгала насчет родственных связей с Клиффом и при этом была связана с самой страшной волной убийств, захлестнувшей Брайтон за последние десятилетия, уже доставило бы ей кучу неприятностей в деревне. Но эти листы бумаги перед Сарой изобличали Лили в уклонении от налогов, а также по крайней мере в трех случаях мошенничества. Насколько поняла Сара, Лили не меньше шести раз побывала на уровне «десерта». И значит, у Лили был серьезный мотив для того, чтобы убрать Руперта Миллингтона с дороги. А если к этому добавить, что она ему угрожала, а Бабетта за мгновение до выстрела выкрикивала ее имя… то дело плохо. И теперь Сара должна была решить, рассказывать ли обо всем этом Тэсс, снова втягивая ее в самую гущу семейных преступных проблем.
Она собрала бумаги и затолкала обратно в конверт. С ними можно разобраться позже, а сегодня Сара решила проследить за Леодорой и поискать доказательства ее любовной связи с Реджем Эллисом, как Джоэл Греко из шоу «Измена». Пусть даже ничего и не получится, но Уокер не имеет этой информации. Если Редж и Леодора спят вместе, возможно, они решили убрать Руперта с дороги… Особенно после того, как Редж едва не обанкротился из-за его поддельного вина.
Час спустя, наблюдая за тем, как Леодора вылезает из кроваво-красного «ягуара» покойного супруга, Сара пришла к выводу, что «Измена» – поистине великое шоу. Леодора десять минут говорила по телефону, сидя в машине, пока Сара смотрела на нее из кафе напротив, стараясь не думать о том, что обнаружила в бумагах Руперта Миллингтона. Она не осуждала Лили – бога ради, как можно? Лили была одной крови с ними – мошенница, причем очень даже способная, если все то, о чем прочитала Сара, было только верхушкой айсберга. Нет, Сару беспокоил появившийся у Лили мотив для убийства, и она не могла решить, не лучше ли скрыть это от Тэсс.
Сара глотнула кофе, пожалев, что не имела возможности установить подслушивающее устройство на машину Леодоры. Именно поэтому подготовка к работе обычно занимала у нее так много времени – люди редко позволяют вот так запросто подойти к своему автомобилю и поставить жучок, нужно дождаться удобного случая. Пока придется просто следовать за Леодорой, а уж когда Сара выяснит, куда та направляется и с кем встречается, можно будет хотя бы прикрепить трекер к крылу машины.
Она допила кофе и двинулась следом за Леодорой на благоразумном расстоянии. Вряд ли вдова Руперта узнает в Саре собеседницу по тому пьяному разговору на поминках, тем более без парика и грима, но рисковать было ни к чему.
И тут Сара увидела в оконном отражении, что за ней тоже следят. Чтобы убедиться, она перешла на другую сторону улицы. Парень остался на своей до тех пор, пока Сара не свернула в переулок слева. Улицы Брайтона идут сеточкой, и Сара не сомневалась, что снова выйдет за спину Леодоре, если только та не повернет направо. Парень опять появился позади нее. Это не могло быть случайностью. Сара вспомнила, что рассказывала ей Бекки в тот день, когда она вернулась: Уэс, Мак и Гейб говорили на складе о том, что кто-то следил за командой, когда они подбрасывали прохожему кошелек. Этот самый парень? Они так злились на нее тогда, что у нее не было возможности расспросить подробнее.
Сара замедлила шаг, пока он почти не догнал ее, а потом резко развернулась лицом к нему.
– Точно, – сказала она и двинулась на парня.
