– Думаю, тебе не будет лишним знать. Нас накрыли. Какой-то парень, называющий себя социальным инженером, хочет оставить нас без работы. Если честно, он угрожает всему нашему бизнесу.
Тэсс показалось, будто сестра что-то недоговаривает.
– Что еще за социальный инженер?
– По сути, – вздохнула Сара, – это полная моя противоположность, но с таким же набором способностей. Жулик, мошенник. Специалист по проникновению в чужой бизнес, который может указать хозяевам на слабые места. Вот чем он так опасен для нас: закроет все наши лазейки и нам придется искать новые слабые места, чтобы получать информацию. Еще его могут нанять для проверки личной безопасности. Например, какой-нибудь политик пожелает узнать, возможно ли взломать его систему защиты и какие сведения о нем там раздобыть.
– Ты не думаешь, что это связано с Рупертом Миллингтоном?
– Маловероятно. Если бы кто-то пытался выяснить, чем мы заняты, он не выдал бы себя. Этот самодовольный идиот хотел, чтобы я знала, что он видит меня насквозь и опережает на шаг.
– Такая работа подошла бы и твоей команде, – заметила Тэсс.
– Лучше и не заикайся об этом, – запротестовала Сара. – Меньше всего мне нужно, чтобы у моих сотрудников отросла совесть. К тому же есть спрос и предложение. Не будет нас, и этот глупый выскочка сам останется без работы. Все равно как если бы все преступники в стране с завтрашнего дня объявили забастовку – вам бы нечем стало заниматься. Тебе пришлось бы петь на круизных лайнерах.
– Да, да, прими благодарность от лица всех полицейских и пассажиров круизных лайнеров, – сухо ответила Тэсс.
– Ты виделась с Джулией? – спросила Сара.
Тэсс проглотила комок. После ареста Джулии она каждую минуту ожидала звонка от Освальда, который задаст ей пару вопросов, но пока ее единокровная сестра строго придерживалась тактики «никаких комментариев».
– Она пока молчит, ни слова. Освальд чертовски огорчен, но рассчитывает, что результаты экспертизы помогут предъявить обвинение.
– Значит, она еще может отвертеться? Раз у них ничего нет, кроме того, что она была на месте преступления…
– Ее обвинят в целом ряде случаев мошенничества, включая выдачу себя за девушку Каллума Роджерса, дачу ложных показаний, намеренное воспрепятствование следствию и так далее. Но я, честное слово, пока не могу сказать, чем все закончится.
– Ну и дела! – вздохнула Сара. – Может быть, стоило ее просто отпустить?
Тэсс покачала головой, хотя и понимала, что Сара не увидит этого по телефону.
– Нет, что бы ни случилось, мы все сделали правильно. А на самом деле я все утро пыталась сообщить тебе, что связалась с Мартином, как только криминалисты покинули место убийства Бабетты, и получила разрешение для нас обеих зайти и все там осмотреть.
– Хорошо, – ответила Сара. – Встречаемся через час?
– Ты не могла бы побыстрей? – нахмурилась Тэсс. – Я и так прождала здесь все утро. Ты живешь в двадцати минутах отсюда.
– Начинай без меня, – сказала Сара. – Мне срочно нужно кое-что сделать. Обещаю приехать, как только смогу.
Мартин Рэмзи сидел на кухне, уставившись на чашку с остывшим кофе. Такое в практике Тэсс случалось сплошь и рядом. Сначала человек тараторит без умолку, а потом внезапно замолкает и как будто впадает в транс. Видимо, он еще не оправился от шока. В доме было тихо, никто не пришел поддержать его или составить компанию. Мартину было уже за тридцать, и он, конечно же, мог сам о себе позаботиться, но не стоило оставлять парня одного в доме, где пять дней назад застрелили его мать.
– У вас есть кто-нибудь, к кому вы могли бы ненадолго уехать? – мягко спросила Тэсс. – Родственники или друзья.
Сначала Тэсс подумала, что Мартин ее не услышал. Он ничего не ответил, даже не взглянул на нее с благодарностью.
После долгого молчания он покачал головой:
– Вряд ли. Не сейчас, когда мне нужно смотреть за фермой. У мамы есть сестра, но она живет в Корнуолле. Сказала, что приедет помочь мне с подготовкой похорон, и это, наверное, хорошо…
Он снова умолк. Тэсс оглядела кухню, проверяя, ел ли он вообще сегодня хоть что-нибудь, но не заметила ни грязных тарелок, ни остатков пищи.
– Я съел пару тостов, – ответил Мартин, когда она задала этот вопрос. – Вчера вечером, кажется. Или сегодня утром. Я плохо спал, – добавил он, словно в оправдание.
– Это было так ужасно, – сказала Тэсс, накрыв его руку своей. – И произошло так быстро.
– Но что произошло? – спросил Мартин и посмотрел на нее. – Вы понимаете? Я не могу это даже представить. Она о чем-то спорила с Лили Донован и закрыла дверь – или Лили закрыла, но это все какая-то бессмыслица. Почему она не ответила на наши крики? И как эта чертова Лили сумела выйти? Полиция уже арестовала ее?
Тэсс самой хотелось бы знать ответ хотя бы на один из его вопросов. Лили все еще не объявилась, и у Тэсс возникло жутко неприятное ощущение, что Сара обманывает, утверждая, что не знает, где скрывается мать. Не то чтобы Тэсс так уж хотела сдать Лили полиции следом за Джулией. Возможно, это и к лучшему, что она ничего толком не знает.
