В верхнем ящике лежали всевозможные кремы для лица, лавандовые освежители воздуха, старый будильник, который заменила на ночном столике новая умная колонка с голосовым управлением, и пачка конвертов, стянутых эластичной лентой. Тэсс вынула их из ящика, развязала ленту и разложила конверты на кровати.
Взяв один, она вытащила из него листок бумаги, настолько затертый, будто его складывали и разворачивали много раз.
Цветастая чепуха. Руперт Миллингтон, вероятно, воображал себя мистером Дарси. Тэсс просматривала одно письмо за другим, надеясь отыскать хоть какую-то подсказку, кто еще имел зуб на Руперта, но это был скорее сентиментальный вздор, чем полезная информация. Мельком упоминалось, что Миллингтон собирается проведать кого-то из своих избирателей «после ужасной утраты», но все остальное оказалось напыщенной лирикой и болтовней. Будь Тэсс немного циничнее, она предположила бы, что половина написанного взята из текстов чат-бота и разбавлена неуклюжими оборотами вроде «твои сияющие глаза поддерживают меня, когда я падаю духом». Впрочем, в последнем письме говорилось об «интересном расследовании, касающемся нашей местной ведьмы, которое нужно довести до конца». Он наверняка имел в виду Лили. Что же выяснил Руперт? Не на это ли намекала Лили при первой их встрече, заявив, что полиция может найти и «другие мотивы» для убийства Руперта?
– Взгляни-ка на это! – подозвала она Сару и показала письмо.
Сара присвистнула.
– Интересно, Уокер его видел? – спросила она. – Должен был видеть. Тэсс, если мы не вычислим того, кто убил Миллингтона и Бабетту, в конце концов в этом обвинят Лили.
Сара вернула сестре лист бумаги. Тэсс сфотографировала его, собрала остальные письма и положила обратно в верхний ящик. Во втором лежали пижамы и маленький плюшевый медвежонок. Осматривая места преступлений, Тэсс видела много странных вещей, но это был чуть ли не самый неожиданный случай. В нижнем ящике не нашлось ничего, кроме фена и средств для ухода за волосами.
– У тебя есть что-нибудь? – спросила Тэсс у Сары, измеряющей рулеткой расстояние от ночного столика до дальней стены. – Что ты делаешь, бога ради?
– Проверяю кое-что.
Сара достала телефон и отыскала какую-то информацию.
– Любопытно… – сказала она и положила мобильник, не произнеся больше ни слова.
Джером вскочил с места, как только они вошли, как будто ждал их возвращения чуть ли не с самого момента ухода. Мартин смотрел в стену перед собой, и непохоже было, чтобы они обменялись за это время хотя бы парой слов.
– Вы справитесь, Мартин? – спросила Тэсс.
Он взглянул на нее и вздохнул:
– Думаю, мне нужно поспать. Столько всего случилось, что трудно сразу осознать. Сначала папа, потом это. А еще ферма…
– Как вы поступите с фермой?
– Наверное, продам, – ответил Мартин, хотя по его виду было понятно, что как раз этого он не хочет. – Уеду куда-нибудь. Для родителей ферма была смыслом жизни, но для меня это только ужасные воспоминания.
– Сочувствую вашему горю, – сказала Тэсс и всмотрелась в его лицо, ожидая реакции на следующие слова: – Мы найдем тех, кто это сделал. Они не уйдут от ответа.
Мартин кивнул, в глазах его сверкнули слезы. Мог ли он так искусно притворяться?
– Парень совсем подавлен, – заявил Джером, когда они возвращались по переулку к припаркованным машинам. – Если он все это сыграл, пусть его номинируют на «Оскар». Я понимаю: он потерял отца, но из-за этого люди не становятся серийными убийцами.
– Нужно убить еще одного, – одновременно произнесли Сара и Тэсс и, посмотрев друг на друга, усмехнулись.
– Разумеется, я об этом знаю, – проворчал Джером и пнул носком ботинка лежавший на дороге камень.
– Наш шутник прав в одном, – сказала Сара, и Джером с оскорбленным видом приподнял брови. – Я не заметила ни одного признака, что Мартин в чем-то соврал. Не думаю, что это он убил Руперта. И уж точно он не мог убить Бабетту так, как это произошло. Он не знал, что мы сюда придем. Зачем такие сложности, если свидетелей все равно не будет? То есть он, конечно, мог проделать трюк с запертой комнатой. А вот с исчезающей Лили у него без предварительной подготовки ничего бы не…
– Она всегда говорит, как Сфинкс? – обернулся Джером к Тэсс.
– В основном да, – кивнула Тэсс. – Если ты понимаешь, о чем говорит Сара, будь осторожен – она пытается тебя облапошить.
– Тебя я, между прочим, понимаю прекрасно, – сказала Сара. – Объяснения будут потом. Сначала нужно еще кое-что проверить.
– Отлично, ты ведь никуда не торопишься?
– Разве я одна расследую эти убийства?
– К сожалению, Уокер тоже, – ответила Тэсс, открывая дверцу. – И он уже проверил те переводы, что ты обнаружила в банковской выписке Руперта. Оказывается, это благотворительные пожертвования женщине по имени Честни Флетчер. Она потеряла маленького сына из-за синдрома внезапной детской смерти.
– Ох, как жалко, – сказала Сара, обходя машину, чтобы сесть на пассажирское место. – А почему сбором средств занимался Руперт? Члены совета всегда так делают?
