Право, не поев, я бы и сам никуда не поехал. Услышав о том, что завтрак объявлен торжественно открытым, из кухни появился Гориан в сопровождении Кики. Я видел, что девушка скрывает в сжатом кулаке шпильку. Не знаю, заметил ли это бургомистр.
— Герцог, объясните, что происходит, — почти потребовал Одэ.
— По праву Младшего Ока я беру этого человека под свою опеку до передачи его королевским следователям. Он ответит за свои поступки по всей строгости закона.
— Какие поступки?! — бургомистр уставился на понурого племянника. — Ваша светлость, вы, конечно, обладаете полномочиями… однако и я имею право знать…
— Пока нет, — отрезал я. — Все будет зависеть от вашего дальнейшего поведения, господин Одэ.
Бургомистр, видимо, понял, что спорить бесполезно.
***
Должно быть, маркиз Оруан немало удивился, узнав, что у его ворот объявилась целая ватага не слишком довольных друг другом гостей. Стража, правда, осталась в трактире, в компании лекаря и Агата. Последнее обстоятельство не понравилось Шарлотте, вынужденной в очередной раз составить мне компанию. Гориан взял в сопровождающие Кики. Лишь бургомистр был один и выглядел как строгий воспитатель, выведший детей на прогулку.
Пока хозяин особняка справлялся со своим удивлением, нас провели в широкую гостиную, в которой было много цветов и мало мебели. Слуги принесли чай и закуски. Я заметил, что Шарлотта слишком бережно взяла в руки ложечку и на некоторое время замерла прежде, чем отпить из чашки. Уж не заподозрила ли она, что маркиз может столь откровенно попытаться нас отравить, раз уж мы пережили эту ночь? Хм, Королеве Роз такой размах и не снился.
Несмотря на довольно ранний час, Оруан вышел к нам быстро. Его сопровождала совершенная Нирелла.
— Герцог, весьма удивлен столь раннему вашему визиту.
— Он обусловлен исключительной необходимостью, — пояснил я. Маркиз, следует отдать ему должное, не стал возмущаться сразу. Нирелла опустилась в одно из кресел. Сам Оруан сел рядом с ней.
— Неужели вы нашли Эльду Терру? — спросил он.
Я кивнул.
— Практически.
— Я не понимаю, — произнес Оруан, но в голосе его уже слышалось предчувствие. Что же, по крайней мере, мы прекратили улыбаться и расшаркиваться.
— А что здесь делает этот человек? — спросила Нирелла. Мы все посмотрели на Гориана. Тот явно был бы рад отсутствовать.
— Видите ли, Нирелла, я не уверен, что ваш брат и господин Гориан действовали разобщенно.
— Что вы имеете в виду? — тут уже не удержался Одэ. — Господин герцог, вы утверждали, что раскрыли тайну исчезновения девушки, а на самом деле разбрасываетесь непонятными обвинениями…
Вот если бы меня не перебивали, я давно перешел бы к делу.
— Полагаю, Эльда Терру мертва, — сказал я. — Хотя, возможно, нам повезло и она пленница в доме маркиза.
Разумеется, я не мог утверждать наверняка. Пока не мог. Но собирался выяснить все, что пока оставалось только предположениями. Бессонная ночь не добавила мне человеколюбия.
— Это… возмутительно! — предсказуемо вскинулся маркиз. — Герцог Даренгарт, даже ваш титул и полномочия не дают вам права обвинять меня в преступлении, основываясь только на личной неприязни.
При этом он взглянул на Гориана. Я покачал головой.
— Мои выводы основаны на наблюдениях, маркиз Оруан. И вот к чему я пришел. Вы, как и господин Гориан, немало знаете об истории города. Вы сами признались, что желали усилить свое фамильное древо, напитав его кровью потомков Виденов. Для этого вам нужна была Эльда Терру. Вы сговорились с графиней Терру. Уж не знаю, на чем вы сошлись. Вероятно, пообещали взять девушку без приданого.
Графиня, очевидно, испытывает нужду. У нее мало слуг, а чтобы держать
имеющихся, она продает фамильные драгоценности, хотя и рассказывает истории о предках, по вине которых они были украдены. Также вас интересует наследие Лоэнринов, вы бывали на Старом кладбище и интересовались Черной башней. Вы даже построили у себя в саду ее копию, но она погибла в пожаре. Вероятно, свадьба с Эльдой Терру обещала вам возможность проникнуть в Башню. А знаете ли вы, что сто лет назад некто уже предпринял подобную попытку. Тогда тоже пропала девушка из рода Teppy, а в Черную башню били молнии. Очевидно, молнии — это ответ на попытки нарушить магическую печать.
Маркиз собирался что-то возразить, но я поднял руку.
— Я бы принял обвинение в голословности, однако здесь нужно упомянуть и о других событиях. Маркиз Оруан, вам известно о гибели Румела Фарфаля и Лерана Тора. Эти двое, бывало, выносили со Старого кладбища украшения, которые находили в склепах. Кто-то даже сделал ювелиру специальный заказ… Однако почему-то вынесенная с кладбища брошь не была оценена по достоинству. Фарфаль поставил ее на кон в Игорном доме и проиграл Миране Эш. Не исключаю, что в кладбищенских эскападах участвовал и господин Гориан…
— Не было такого! — возмутился романист.
— Но он не признается, — подтвердил я. — Хотя осведомлен подозрительно детально.
Нет, правда, как нелегко работать с людьми: вечно до последнего запираются!
