Его Светлость выругался так, что у меня покраснели кончики ушей, и вдобавок я начала сильно сомневаться в действительно высоком происхождении лорд-канцлера нашего Королевства. От мужиков, работающих на скотном дворе, я и то подобного не слышала. Его Светлость тем временем рванул верх белоснежной сорочки герцога Ламандского, пуговицы-произведения искусства разлетелись в стороны, весело заскакав по полу кареты, а лорд-канцлер сорвал с шеи Андрэ небольшой закупоренный пузырек, болтавшийся на тонкой веревке. Зубами вытащил крышку, разжал челюсти герцога и капнул в приоткрывшийся рот ровно одну каплю. После передал пузырек мне, платком вытер пену, все еще остававшуюся на губах Андрэ, и пересадил того ровнее на сиденье. Спустя совсем недолгое время на щеках молодого герцога проступил намек на румянец, пена на губах, так напугавшая меня, больше не появлялась, и я почувствовала, как стальной кулак, сжимавший мое сердце, начал постепенно расслабляться. Лорд-канцлер справился и на этот раз. А я бережно положила еще одно оправдание грубоватому и резкому характеру Его Светлости в копилку к уже имеющимся.
– Что это? – задала я вопрос, лишь бы не молчать.
– Универсальное противоядие, – лорд-канцлер присел на скамейку рядом с герцогом Ламандским и устало прикрыл глаза. Да уж, его службе не позавидуешь. – Действует на все виды ядов, кроме одного, тебе известного. Практически у каждого аристократа он всегда с собой.
– Как хорошо, что я не аристократка, – только и смогла вымолвить я, по праву оценив все спокойствие и безмятежность собственной жизни, которые мне посчастливилось испытать. – Даже и не представляла, с какими трудностями приходится им сталкиваться.
– Ты что, в лесу жила? – подивился моей дремучести Его Светлость, а потом якобы спохватился: – Ах, да, как раз в лесу ты и жила.
Реагировать на язвительность я не стала. С некоторых пор она меня уже почти не трогала. Я устало откинулась на спинку сиденья и не сводила обеспокоенного взгляда с лица Андрэ в ожидании, что он вот-вот очнется. Лорд-канцлер молчал, я тоже, а герцог Ламандский не спешил радовать нас своим пробуждением. Неловкости, как ни странно, я не ощущала. Может, успела привыкнуть к Его Светлости за время наших приключений, а может, растущее с каждым днем восхищение покрывало все негативные стороны общения с этим тяжелым во всех смыслах мужчиной.
– Сейчас бы ему пригодилась твоя магия, – не открывая глаз, заметил лорд-канцлер. – Что-то долго герцог не приходит в себя. Как давно он почувствовал недомогание?
– Не знаю, – пожала я плечами. – Он уснул почти сразу, как мы тронулись в путь, а проснулась я от стонов Андрэ.
– Андрэ, значит? Быстро вы с ним нашли общий язык, – Его Светлость впился в меня взглядом и сложил руки на груди. – Что ж ты не поможешь АНДРЭ, – он выделил интонацией имя герцога, – своей магией?
– Вы же знаете, что я не могу пускать ее по заказу или собственному желанию, – тихо отозвалась я и опустила глаза. – Да и ваши люди не выдержат чистую магию и повредятся рассудком.
– Хочешь, я тебе помогу? – лорд-канцлер приблизил свое лицо к моему, а в глубине его глаз я различила тщательно сдерживаемые эмоции. В тесноте кареты остро ощущалось все превосходство Его Светлости, как мужское, так и по статусу. А он тем временем вкрадчиво продолжил: – Я же вижу, ты положила глаз на молодого герцога, да и он явно отвечает тебе взаимностью, чего только ваши прогулки под ручку стоят. Только что вы собираетесь делать с его невестой, а, голубки? – лорд-канцлер ухватил меня за запястье и с каждым словом стискивал его все сильнее, а я не смела перечить, хоть и понимала, что говорит Его Светлость полнейшую чушь. – Смею напомнить, что именно из-за его будущего брака мы все здесь и собрались. Или рассчитываете избавиться от бедной девушки, а добрый лорд-канцлер так и быть покроет ваше преступление по старой памяти? Ну, чего молчишь? – тряхнул меня Его Светлость.
– Вы не правы, – мягко возразила я и отвела взгляд. Видеть бурю, что бушевала в глубине почти черных глаз лорд-канцлера, было выше моих сил. А еще я едва сдерживала слезы от несправедливости его обвинений.
– Что, даже разозлиться на меня не можешь? – с досадой хмыкнул лорд-канцлер. – Значит, все, что я сказал – правда.
– Не правда! – выдернула я руку, которая уже начала ныть, из его хватки. – Я вам очень благодарна за все, что вы делаете для всех нас, и очень уважаю и даже в некоторые моменты восхищаюсь, но это не дает вам права говорить гадости обо мне и герцоге Ламандском! Поверить не могу, что сам лорд-канцлер позволяет себе беспочвенные обвинения в адрес невиновных людей!
– А ты уверена, что они так уж беспочвенны? – Его Светлость еще сильнее приблизился ко мне так, что наши носы почти соприкасались. – Или, может быть, мне проверить?
